Осенний марафон

Нынешняя молодежь умнее ли нас, когда мы были молодыми? Да.
Будет ли она счастливей нас? Не думаю.

Человек начинает жить своей единственной жизнью, совершенно, как ему кажется, не похожей на жизнь его родственников и на жизнь всех людей прежних времен. А потом оказывается, что он живет в периферийном городке, работает инкассатором в городском банке, и жена его - не лучшая
из лучших, как мечталось. Трудно примириться со своим нецентральным местом в этой огромной жизни.

Разрушение Земли? А вместе, неотрывно - разрушение себя, того Я, которое глубоко внутри, которое задумано было, сотворено Богом. И забыто, замусорено нами. Имеем дело только с этим замусоренным собой.

До войны, в армии, нас водили из казармы в баню, кажется, раз в две-три недели. Там, в банном непроглядном пару, надо было торопиться, потому что очереди ожидало следующее подразделение. А в войну нас водили в баню только на переформировке, раза три-четыре в год. Все остальное время мы были одетые, точнее сказать - в форме.

Никогда не думай, что о тебе думают, учись не зависеть от чужого мнения.

Потому что я понял, в чём главная беда человечества. В пожизненной конкуренции. В детские годы — кто выше подпрыгнет, кто быстрее добежит. Потом — конкуренция по поводу служебных успехов и жизненных благ, то есть опять-таки кто выше подпрыгнет... Нет! Отметаю своды правил, условий и другой муры. На этом точку я поставил и с богом вышел из игры. Кто хочет — ловит, салит, тащит, кто хочет — бьётся в стенку лбом. Отныне скромный и молчащий, поставил точку я на том.

Кто никогда не веселится, тот обкрадывает себя.

Известных людей легко критиковать. Всем почему-то хочется выискивать недостатки.

Всё-таки жизнь — зловещая штука. Одного поломала, другую согнула.

Нет, опасно возвращаться на те места, где ты был счастлив в девятнадцать лет!