Игры демиургов

– Ну и зачем всё это было нужно? – поинтересовался наблюдавший за операцией через стекло демиург Мазукта.
– Ты имеешь в виду, зачем нужны были боль, кровь и страдания?
– Именно. Насколько я понимаю, тебе не составило бы труда провернуть всё быстро и безболезненно. Так зачем же..?
– Понимаешь… – задумчиво протянул Шамбамбукли, ополаскивая руки после операции, – оно ведь как всё должно было быть? Вот захотел человек бабу. Попросил творца её сделать. Творец вколол ему снотворное, уложил баиньки, трах-тибидох! – а когда человек проснулся, ему подводят уже готовую женщину и говорят «на, мол, пользуйся». И как после этого он станет к ней относиться?
Мазукта почесал за ухом и протянул: «поня-а-атно…»
– Ну вот. А так… может, он хоть немного будет её ценить? – с надеждой произнес Шамбамбукли.

Демиург Мазукта подбросил на ладони яблоко, повертел, разглядывая с разных сторон, и глубокомысленно произнес:
— Люди считают, что их души подобны яблокам.
— В смысле? — заинтересовался демиург Шамбамбукли.
— Точнее, половинкам, — поправился Мазукта. — Вот так примерно.
Он аккуратно разрезал яблоко на две части и положил на стол.
— У них есть такое поверие, будто для каждого человека существует идеальная пара. Вроде бы я, прежде чем посылать души в мир, рассекаю их пополам, на мужскую и женскую половинки. Как яблоко. Вот и бродят эти половинки, ищут друг друга.
— И находят?
— Ха! — фыркнул Мазукта. — Шамбамбукли, как ты это себе представляешь? Какова вероятность такой встречи? Знаешь, сколько в мире людей?
— Много.
— Вот именно. А кроме того… ну найдут они друг друга, ну и что дальше? Думаешь, составят целое яблоко и заживут в мире и согласии?
— Ну да. А разве не так? — удивился Шамбамбукли.
— Нет, не так.
Мазукта взял в руки по половинке яблока и поднял их к своему лицу.
— Вот две свеженькие, аппетитные души сходят в мир. А как мир поступает с человеческими душами?
Мазукта с хрустом откусил кусок от одной половинки.
— Мир, — продолжал он с набитым ртом, — не статичен. И жесток. Он всё перемалывает под себя. Тем или иным способом. Отрезает по кусочку, или откусывает, или вовсе перемалывает в детское пюре.
Он откусил от другой половинки и на некоторое время замолчал, пережевывая. Шамбамбукли уставился на два огрызка и нервно сглотнул.
— И вот, — торжественно провозгласил Мазукта, — они встречаются! Трам-тарарам-пам-пам! — он соединил надкушенные половинки. — И что, подходят они друг другу? Черта с два!
— Мазукта, — осторожно спросил Шамбамбукли. — А к чему ты мне это рассказываешь?
— Да ни к чему. Так, захотелось поговорить. А что?
— Нет, ничего… Я думал…
— А посмотри теперь сюда, — перебил Мазукта и взял еще несколько яблок. — Разрезаем каждое пополам, складываем наудачу две половинки от разных яблок — и что видим?
— Они не подходят, — кивнул Шамбамбукли. — Мазукта, я хотел спросить…
— Потом спросишь, — отмахнулся Мазукта. — Смотри дальше.
Сложив две разные половинки вместе, он куснул с одной и с другой стороны и продемонстрировал результат.
— Ну, что видим? Теперь они образуют пару?
— Да-а, — Шамбамбукли задумчиво кивнул. — Теперь они соответствуют друг другу идеально.
— Потому что мир их обкусывал не поодиночке, а вместе. Аналогия ясна?
— Ясна