Очередная книга от известной феминистки, и очередная книга, отказавшаяся соответствовать моим ожиданиям. Узнала я о Наоми Альдерман от уже, надеюсь, известных вам Our Shared Shelf, и, признаться, рассчитывала на какой-то полуфикшен в духе «Мифа о красоте», особенно глядя на эту фиолетово-цветочную обложку и бунтарское название. На выходе имеем роман о закрытом маленьком мирке ортодоксальных иудеев Лондона и о женщине – Ронит – оттуда сбежавшей.
Ронит – дочь известного раввина и писателя, успешная нью-йоркская карьеристка – возвращается в родной район Лондона на похороны своего отца. Она вновь окунается в болото строгих правил, сплетен и постоянного наблюдения, в болото длинных юбок и закрытых локтей, в болото раздельных лоджий в синагоге и раздельных с мужем кроватей во время менструации. Она вынуждена снова столкнуться со всем тем, от чего она когда-то без оглядки убежала при первой же возможности – со строгим регламентом, с определённостью и ограниченностью роли женщины в религиозной общине, с навязчивостью и всезнанием соседей и знакомых. К своему собственному ужасу Ронит осознаёт, что она и сама непроизвольно адаптируется под ненавистный ей образ жизни, а любой высказанный ею протест (например, когда она заявила одной уважаемой еврейской паре, что собирается узаконить свои отношения с другой женщиной) кажется вымученным и нарочитым, протестом ради протеста. Ронит – яркая иллюстрация того процесса, про который говорят «можно вывезти девушку из деревни, но нельзя вывезти деревню из девушки»; можно сколько угодно бежать от своего прошлого, проклинать ортодоксальные устои и обычаи, но если в глубине души осталась вера, остались сомнения в правильности когда-то сделанного выбора, то от этого не спрятаться за Атлантическим океаном и нью-йоркскими небоскрёбами. Ронит – это конфликт одной идентификации (я иудейка) с другой (я свободная женщина с амбициями и желаниями).
Совершенно по-другому выражается конфликт идентификаций в школьной подруге Ронит – Эсти. Эсти – натура куда менее прагматичная и куда более чувствительная, и, пусть её внутреннее несоответствие канонам веры причиняет ей не меньше боли, она пытается с ним примириться и принять себя такой, какая она есть, в том контексте, в котором она вынуждена существовать. И, хотя лично я бы скорее всего последовала примеру Ронит и уехала оттуда к чёртовой матери, именно Эсти через терпимость, через откровенное слово удаётся в какой-то мере пошатнуть вековые каноны общины и достучаться до человечности, непредвзятости и цивилизованности, спрятанных под толстым слоем религиозной пыли.
Удивительно, сколько разных тем поднимается в 300-страничной книжечке. Мне кажется, например, что сама автор (тут уж я умышленно не читала её биографию, чтобы не вышло то же, что и с Гертрудой Стайн), независимо от её религиозной принадлежности, не отказывается от идеи о Боге, хоть и говорит устами Ронит об удушливости и узколобости религиозного течения. Довольно интересно, что в начале каждой главы приводится цитата из Торы и её краткое разумное толкование. И мне кажется, что именно там, в начале каждой главы, нужно искать главную идею автора, а последующее повествование – всего лишь художественное подтверждение этой идеи. Наоми говорит о непослушании, об отклонении от предписанного Торой поведения: и Ронит, и Эсти не соответствуют, не вписываются. И тем не менее, именно это, по версии автора, и отличает людей, созданный по образу и подобию Бога, от ангелов – простых исполнителей его воли, и животных – существ, движимых инстинктами. Она говорит о том, что у нас есть право не соглашаться с Богом, ведь Бог дал нам голос и дал нам слово, и мы не должны бояться спорить с ним и поступать так, как подсказывает нам наша совесть и наше чувство справедливости. Она говорит о том, что даже нарушая божественные предписания мы можем порадовать его своими действиями.
Разница между Ронит и Эсти – это ещё и противостояние между словом и молчанием, между действием и бездействием. То, что откровенность Эсти, её смелость (или безразличие, тут уж как посмотреть) открыть правду и тем самым пресечь слухи и домыслы, её желание жить в соответствии с Торой, с чистым сердцем, не прячась и не стыдясь, в конечном итоге становится толчком к изменениям в лучшую сторону – урок для всех нас: есть время промолчать (вместо того лживого «протеста» Ронит, упомянутого мною выше), и есть время сказать слово.
Как я уже сказала, книга меня приятно удивила. Если вдуматься – она, как сама Тора, изменчива и метафорична, и спустя недели после прочтения можно искать в ней новые и новые смыслы, новые знаки, новые линии. Я обязательно прочту новый бестселлер Наоми Альдерман – «The Power». К сожалению, насколько я поняла, ни одна из книг автора на русский/украинский переведена не была, да и фильм (сценарий которого, надо сказать, претерпел существенные изменения) скорее всего до наших кинотеатров не дойдёт – не в чести у нас феминистки и их книжонки.
11 понравилось
