Письма с Прусской войны. Люди Российско-императорской армии в 1758 году

«Вы что-нибудь поняли из этого чертова дня? — Признаюсь, Сир, я ничего не разобрал. — Не Вы один, мой друг, утешьтесь…» Так говорил своему спутнику прусский король Фридрих II после баталии с российской армией при Цорндорфе (1758). «Самое странное сражение во всей новейшей истории войн» (Клаузевиц) венчало очередной год Семилетней войны (1756—1763). И вот в берлинском архиве случайно обнаруживаются около сотни писем офицеров Российско-императорской армии, перехваченных пруссаками после Цорндорфск...

Жанры

Рейтинг LiveLib

4,7

5 оценок

5
80%
4
20%
3
0%
2
0%
1
0%

Ваша оценка

Прочитали 6Хотят прочитать 35

Рецензии

DeadHerzog11 января 2022 г.
Пишу тебе на сапоге убитого товарища
Это сборник писем российских офицеров, перехваченных у имперского фельд-курьера пруссаками после битвы при Цорндорфе. Они были переведены Леонардом Эйлером (умудрявшимся работать на обе враждующие стороны) по приказу короля Фридриха, чтобы выяснить, что собираются русские делать дальше. Не зная, что важно, а что нет, немцы сохранили все до последней бумажки и этот архив пережил обе мировые войны.
Довольно много уделено анализу - всего того, что можно анализировать: состояния бумаги, читаемость почерков, объем пропусков между абзацами, разница в обращении у разных поколений офицеров, стилистические особенности в зависимости от адресата, остающиеся архаизмы, детали контекста, разнообразие языков письма (от русского и немецкого до грузинского и шведского), и это крайне интересно на самом деле и познавательно.
Само чтение писем не скажу чтоб шибко было интересным - никакого глубокого содержания там, конечно, нет - все-таки обычные письма близким и родным: денег просят, жалуются на начальство и тяготы армейской жизни, пытаются давать какие-то советы об управлении "деревнишками" и кого забривать в солдаты, а кого нет. Но вот эти мелочи, бытовуха и рутина создают неплохую атмосферу ежедневного дворянского бытия в армии - сразу видно, что для людей важно, а что нет. Про сам же бой мало у кого есть, в основном укладывается в рамки "двенадцать часов ужасного пушешного огня, но мы выдержали и даже Федор Федорович был изумлен, с какими стойкими солдатами встретился".
Денис Сдвижков дает отличный обзор участия русских войск в Семилетней войне к моменту Цорндорфа (попутно тыкая палочкой в Румянцева и частично оправдывая медлительность Фермора), более того, дает подробное и крайне интересное описание самой битвы - пожалуй, никогда ничего подобного не встречал. Автор несколько заигрывает с читателем (и иногда заигрывается), но отличный анализ, качественное изучение темных моментов и дыр в нарративе, удачное применение аналогий и сравнений, грамотное использование разнообразных источников вместе складываются в описание, действительно захватывающее дух и воображение - чувствуются тщательное изучение материала, экспрессия стиля и авторский напор.
Более того, автор использует особенности писем для того, чтобы поговорить не о битве при Цорндорфе, но о более широких темах, касающихся как российской армии, так и дворянства вообще - механизмы денежного кредитования, походного меню, межгендерных отношений (как в армии, так и вне ее), работы маркитантов и многого другого, крайне интересного и обычно оказывающегося на задворках исторического нарратива (если вообще оказывающегося хоть где-то). Также добавлю, что у книги огромная библиография, чего я не ожидал, учитывая, что книга представляет собой не монографию, а сборник писем.
Однако именно потому, что книга касается личных писем, она крайне эмоциональна - шок от кошмарной битвы после пятнадцати лет отсутствия военных действий, гибель множества офицеров, массовые захоронения, куда попадали не только убитые, но и зачастую раненые. Если сама битва в письмах проходит весьма дискретно, зато выделяются другие темы, обычно затушевываемые - проблема с погребением множества трупов людей и лошадей, мародерство и собирательство всех тех материалов, что остались на поле боя (от свинцовых пуль до разбитых повозок с разнообразным добром), содержание пленных.
Русские письма даются в некоторой обработке, чтоб были читабельны, а написанные не на русском (в данном случае - на немецком и грузинском) - перевод в компании с оригиналом; часто дается фотография письма, демонстрирующая, как оно выглядело.

Паверь мать мая, что я всево на свете милее почитаю чтоб с тобою увидитца руманая мая. Я здаровья тебе прашу, как можно чащее писать. Прашчаи душа моя я матушка не знаю получилаль ты от меня писмо что я писал к тебе что я после батали бывшеи у нас я осталса слава Богу здаров толко подъемную мою лошедь убили едром
Также автором добавлены пара писем прусских офицеров, перехваченных уже в нашу пользу, и пара писем местных обывателей, в красках описывающих диких московитов в мохнатых шапках, чинящих мирным пруссакам зло и насилие. Все письма прямо усыпаны сносками на различные комментарии и пояснения Сдвижкова, весьма уместными и важными для понимания контекста и деталей.
Читать далее
45
577