Я как обычно... Начал цикл "Монологи о наслаждении, апатии и смерти" со второй книги - с апатии(замечу что она четко попала в настроение и состояние, но покупалась довольно давно). Нет чтоб с "Экстаза" начать, например. В свое оправдание скажу - я знать, не знал, что это цикл какой-то. Осталось прочитать книгу о наслаждение и книгу о смерти.

И Рю как обычно - жёстко, жестоко, правдиво, искренне, местами чернушно, пронзительно, непредсказуемо, ярко, чётко, нелогично порой и всегда с наркотой...

Японец по имени Язаки, бывший продюссер, который решил побомжевать в Нью-Йорке даёт интервью японской журналистке. Рассказывает о своей жизни все без прекрас, не упускает ни одной шокирующей подробности, ни одной незначительной детали. Рассказывает про все ужасы который он творил с людьми и люди творили с ним... И в итоге журналистка попадается в кокаиновую ловушку странной и, довольно, извращённой логики и непонятного, для нее самой, магнетизма Язаки.

Но книга не об этом, это так, украшательство. Эта книга словно препарирует эмоции, поступки и воспоминания человека который потерял себя или который себя никогда и не находил...

В целом, книга хороша, но на любителя. Как, собственно и все у Рю... Коротенькая, но быстро прочитать не получилось, ибо постоянно задумывался о вечном (нет не о наркоте и не об оргиях даже), пытался что-то понять или представить себя в той или иной ситуации

Я изначально чувствовала, что "Меланхолия" мне не понравится, да так и вышло. Дело и в бесплодных размышлениях о вечном, которые не касаются безумной истории, рассказанной Кейко в "Экстазе", и в том, что Язаки сам по себе мне очень не нравится. Проблема в том, что концовка (буквально последняя страница) заставляет переосмыслить все предыдущие 250 страниц. Настолько, что хочется сразу же начать читать с начала, чтобы посмотреть на монологи Язаки с другой стороны. "Экстаз" нарисовал нам один образ этого человека, в "Меланхолии" он сам нарисовал образ несколько отличный, и я уже не знаю, чего ждать от "Танатоса". Из "Экстаза" можно было получить образ Язаки глазами Кейко: искушённый человек, уже перепробовавший всю наркоту и весь возможный секс, до такой степени, что ему физически необходима доза и некий сеттинг, чтобы у него вообще встал. Жестокий, зацикленный на себе. Таким же он сам рисует себя в "Меланхолии": завернувшийся в свои страдашки и находящийся в вечном состоянии духовного поиска. В первой части меня преследовало ощущение, что он страдает маниакальной депрессией: его характеризовали резкие вспышки опасного воодушевления и эпизоды глубокой депрессии. Сам он рисует свой портрет абсолютно ровно, и, как можно догадаться из названия, меланхолично.

Вторая книга из цикла «Монологи о наслаждении, апатии, и смерти». В ней главное действующее лицо, Язаки, соблазняет журналистку, Мичико, которая писала о нем статью. Странно, но в первой половине книги это напоминает, не соблазнение, а какую-то исповедь в лучших традициях японской литературы. После недолгого разглагольствования Язаки, Мичико, стала влюбляться в его образ:

Не будучи лиходеем, Язаки источал аромат зла… Зло… Ложь и обман, предательство и отчаяние, нигилизм и самовлюбленность, эгоизм и высокомерие — эти слова вихрем пронеслись в моем сознании. Его лицо, тело, манера общения воплощали в себе все самое отталкивающее в мужчине. Я повторяла это еще и еще, но чувствовала, как внутри меня начинает подниматься и бурлить, словно зловонная жидкость, неистребимое желание.

Окончательно, он завладел ее душой после того, как рассказал об истинной причине становления бомжом в Бауэри. Язаки будучи самовлюбленным гедонистом и отъявленным прожигой, никогда никого не любил. Он был садистом и получал удовольствие от содомии и извращений, в которых заставлял участвовать своих спутниц — Кейко и Рейко. Однажды он обнаружил, что его привязанность к Рейко перешла некоторую границу. Вопреки, доводам Язаки, это можно было по-своему назвать любовью. Но Рейко ушла от него. Не объясняя никаких причин, разбила Язаки сердце. Выжженный ревностью, он сознательно стал бомжом, полагая, что лучший способ «залечить раны».

Искушенный читатель, даже проникнувшись этим фоллгайем, заподозрит подвох. Мичико будучи самодостаточной женщиной, довольно быстро подверглась его «чарам». Позже, это объясняется наркотиком, который оказался в ее бокале, но всё это ерунда. Главным, наркотиком или катализатором этой страсти была «игра» Язаки. Вся его исповедь, гениально поставленная прелюдия в очередном садомазохистком спектакле похоти. Последний абзац, проливает свет на истинную натуру Язаки и ставит жирную точку в «интервью» Мичико, как впрочем, и на ней самой.

В общем, роман понравился, не смотря на то, что в отличие от «Экстаза», дикости и сумасшествия в монологах явно поубавилось. От этого местами чтение становилось скучноватым. Мало той ядовитой чернухи, которая вызывала отвращение и возбуждение одновременно. Ведь если идейно роман о Язаки, то он должен быть наиболее скворчащим, особенно после тех слов Кейко о нем. Впрочем, любители Рю и так останутся довольны, получив в коллекцию очередной декаданс о наркотиках и сексе.