Посмертные Записки Пиквикского клуба. Приключения Оливера Твиста. Полное издание в одном томе

Сочнейший роман английского классика, на фоне других его книг "Клуб" явно выделяется своим безудержным весельем и оптимизмом, даже не верится, что его написал тот же Диккенс, из-под пера которого в будущем выйдут "Дэвид Копперфилд" и прочие его вещи. А ведь сначала ничто не предвещало серьезного события в английской, да что там говорить, в мировой литературе - молодому автору требовалось всего лишь придумать подписи к серии юмористических картинок Роберта Сеймура. Но скажите мне, кто сегодня знает это имя - Роберт Сеймур, а кто не знает другое имя - Чарльз Диккенс? Вот такова ирония судьбы, она проявляется не только в бане и "на полу в Ленинграде".

Происходило это всё без малого 200 лет назад - в 1836-37 годах, как раз в это время другой, к тому времени уже более состоявшийся писатель, - француз Оноре де Бальзак писал "Человеческую комедию", у англичанина Диккенса тоже получилась очень даже неплохая человеческая комедия. Ведь книга не только о чудаковатом мистере Пиквике и членах его клуба - влюбчивом Тампене, спортивном Уинкле и романтичном Сногрессе. Ах да, как я мог забыть Сэма Уэллера, старину Сэма! Если честно, то это мой любимый герой в диккенсоновской книге, я просто влюблен в его блестящее чувство юмора, сверкающее балагурством и народными шутками. Ну, а его фирменное "как сказал кто-то" это просто что-то непередаваемое, что получило свой специальный термин по имени героя - "уэллеризмы".

Долгое время Сэм оставался одинок в своем искусстве приплетать к каждому случаю совершенно нелепую, но, как ни странно, подходящую аналогию. Но через 80 лет в мировой литературе появился персонаж, который не уступил в этом деле Уэллеру, а может даже еще и перещеголял его. Я, конечно же, веду речь о Йозефе Швейке, он сумел "расширить и углубить" стиль Уэллера, наполнив его фонтанирующим многословием, речь Сэма в сравнении со швейковской была куда лаконичнее. Но не могу не вспомнить самые шедевральные изречения остроумного слуги:
Какого дьявола вам от меня нужно? — как сказал человек, когда ему явилось привидение.
Ну-с, джентльмены, милости просим, как сказали, примкнув штыки, англичане французам.
Стоит ли столько мучиться, чтобы узнать так мало, как сказал приютский мальчик, дойдя до конца азбуки.

Но вернемся к тому, о чем я писал, перечисляя главных героев, речь ведь в романе не только о них, но обо всем английском обществе того времени. И надо признать, что внешний мир в романе куда более жестокий, чем внутренний, несколько даже идеалистичный, мир тесного кружка единомышленников, В клубе мистера Пиквика куда больше взаимопонимания, благородства и гуманизма, чем среди английских чиновников, судейских, простых обывателей. Но, справедливости ради, стоит признать, что Диккенс не увлекается обличительством социальных язв современности сверх меры, сатира в его книге не превращается в сверхзадачу, оставляя в центре внимания смешные, временами нелепые, приключения милой компании симпатичных людей.

Я признался в особой любви к Сэму Уэллеру, но и о Сэмюэле Пиквике, основателе и вдохновителе клуба, не могу не сказать пару отдельных слов. Этот добродушный, интеллигентный и оптимистичный джентльмен стал некой вариацией Дон Кихота на английский манер, а общество им созданное в какой-то степени напоминает сплоченных рыцарей Круглого стола. И, хотя эсквайр дословно означает "оруженосец рыцаря", Пиквика можно вполне обосновано считать настоящим рыцарем нового времени, как впрочем, и его соратников по клубу, а "эсквайром-оруженосцем", своеобразным Санчо Пансо по-английски, будет как раз старина Сэм.

Особенно поражаешься той мудрости и выдержке, с которой написана книга, когда узнаешь, сколько лет было автору - всего-то 25, из всех 15-ти больших романов, им написанных, "Записки" были первым, и, может быть, так и остались самым удачным. По крайней мере в моем личном рейтинге дело обстоит именно так.

Столько лет "Приключения Оливера Твиста" ядовитым шипом сидели в моей читательской биографии и постоянно язвили, являя упоминания о себе то тут, то там. Помня о других произведениях Чарльза Диккенса, я представляла, что действительно упускаю что-то ценное, прекрасное и необходимое для каждого читателя, но почему-то прочитать роман так и не удавалось. И вот наконец настал момент истины, я начала читать "детское" произведение и была, мягко говоря, ошарашена. Некоторые детские и подростковые произведения хороши тем, что подходят и детям, и взрослым. Здесь же случай другой — по определённым причинам книга будет скучновата и детям, и взрослым.

Почему "Приключения Оливера Твиста" могут не понравиться детям? Да потому что они написаны в такой манере, что читать будет банальнейшим образом скучно. Язык автора, образ города и атмосфера, безусловно, хороши, но для детского чтения нужны яркие характеры, какая-то движуха, здесь же единственные интересные события происходят почти в самом конце, когда любой ребёнок уже заскучает и бросит книгу.

Почему "Приключения Оливера Твиста" могут не понравиться взрослым? Потому что все персонажи в произведении совершенно по-детски условны, скучны и банальны. Они либо являются в сиянии святости, благости и мимимишности, рассыпая кругом бабочек и радугу, либо обволакивают окружающее пространство слизью, вонью и харкотой, представляя собой квинтэссенцию говнистости человека. На весь роман появляется только один более-менее живой и интересный персонаж, в котором чувствуется жизнь, мысль, развитие характера... Но его убивают жестоко, гнусно и очень невовремя, как раз только-только был шанс раскрыться. Кстати, я искренне считаю, что это одна из лучших сцен в романе и вообще все наиболее сильные моменты связаны именно с этим персонажем, а убийство (и мучения убийцы впоследствии) выписано просто божественно, если можно вообще так говорить про убийство. Кстати, смертей и членовредительства в романе хватает, но за остальными наблюдаешь с какой-то отстранённой ленцой. Сюжет довольно примитивный, добро, как всегда, торчит, порок наказан, но перед этим гнусные злодеи весь роман подставляют подножки главному герою... Главный герой, честно говоря, омерзителен. Единственный его плюс — то, что этот сахарный и сладкий до высыпания диатеза мальчик появляется крайне редко. Такой специальный главный герой, который в романе почти и не участвует, а все его заявленные в названии романа "Приключения" — это колыхание по реке жизни, куда понесёт, туда Твист и поплывёт. За него всё всегда решают другие, а он только изредка перемещается из пункта А в пункт Б, делает умильные глазки, рыдает и страдает. Сложно его пожалеть, потому что он абсолютно безжизненный, как деревянное чучелко со схематично изображённой физиономией.

И всё же есть кое-какие моменты, которые не дают мне загнать роман в полный минус. Во-первых, произведение писалось на заказ, и свою задачу выполнило — работные дома, на которые нужно было беспощадно-правдивое описание, показаны во всей "красе". Во-вторых, атмосфера гниющего лондонского дна выписана превосходно. Немного сходства с бальзаковским Парижем — в этом городе одни только грязные подворотни, тусклые фонари, обшарпанные стены, пыльные дороги, гниющие отбросы, мутные воды и густой туман. И душонки людей, которые варятся в этой клоаке, такие же жиденькие. А самое страшное, что у любой кучки какашек, у любой трещины в мостовой и за каждым чахлым кустиком скрываются чьи-то уши, которые донесут, обманут, настучат, сдадут, предадут. Бррр. В-третьих, Диккенс заявляет, что намеренно хочет развенчать романтический образ разбойника и плута, который создаёт литература. Его персонажи отвратительны до гротеска и карикатурности, а "лихая плутоватость" доводит их до тюрьмы и виселицы. Дело сделано.

Ну, вот никак не ожидала. Совсем никак не ожидала. Ничуть никак не ожидала, что вкатаю старине диккенсу аж целый трояк да еще аж за самого легендарного "оливера твиста. Нда. Ибо.
Давненько я не читывала настолько слипшегося от рафинада тексту. Причем, он вроде как описывает преступные слои общества да еще с излишним нагнетанием чернухи. То есть все плохо, очень плохо, страшно плохо, демонический ахтунг. И среди всех уголовников нашлась лишь одна добрая душа - девушка нэнси. А все равно слипаются страницы, не разодрать - бумага рвется даже в электронке.
В общем, сразу видно, что в дальнейшем диккенс проделал большую работу над собой и своими книгами, чтобы прийти к некоему удобоваримому балансу. И начнем/с, значит.

Народился, значит, мальчик во приюте и как-то сразу осиротел. И потом жизнь у него потекла такая, что... но при этом он остался просто ангелочком во плоти. Нет, я верю, что так бывает, только не верю, что такие слегонца не от мира сего дети выживают, если хотя бы кто-то их не подкармливает и не поддерживает в абсолютно нечеловеческих, концлагерных условиях работного дома.
Но он тем не менее выжил, и даже читать могет. Ну, да, ага. То есть не смешите, пожалуйста.

Большой плюс - это, конечно, второстепенные персы. Они у диккенса всегда получаются более живыми и не такими сусальными, как главные. Впрочем, за еврея, державшего оллли за шкирку и втягивавшего в бандитизм, ставлю минус. Даже не потому, что он тут преступный мозг, под которым ходЮт британские бандюганы и ворюги. Совратитель иудейский, блин. Минус опять же за отсутствие меры, банальной меры, черт возьми, в описании даже его внешности.
Я, конечно, уже привыкла, что зачастую у писателей тех времен все хорошие люди обязательно внешне прекрасны, плохие - непременно отвратные уроды с омерзительными оскалами и так далее. Но здесь диккенс сильно переборщил, то есть чем хуже перс - тем он отвратней на морду лица. Попахивает бульварным романом, на что явно автор не претендовал, или плохо написанным самиздатовским текстиком заради своего удовольствия.

И вот, кстати, мне почему-то всю дорогу вспоминался андерсен, с которым у диккенса были весьма интересные отношения в жизни. Где датский сказочник напоминал слегонца блаженного олли твиста, совершенно неадекватно оценивавшего их общение, в отличие от приземленного и жесткого британца. Зато в творчестве...
Я не знаю, как у андерсена так получалось, но даже самую сусаль он писал так, что ну просто слезы на глазах. Подозреваю, что дело в искренней вере в то, о чем пишешь. А у диккенса эти слащавые, наивные, высокопарные моменты превращаются в конченую фальшь, от которой просто воротит.
Короче. Не стоит, как говорится, рядиться в седло, ежели вы, господинчик, корова. Пропускайте через себя, и более ни через что, свои тексты. И тогда все получится.

Ну, а что же с олли твистом. Не так уж он и расстрадался, откровенно говоря, опосля побега от гробовщика, к которому его пристроил работный дом. Зловещие вихри, конечно, типа реяли у него над головой, но практически тут же находились добрые люди. Они, значит, видели его ангельское личико и постановляли, что это дитя никак не может быть негодяем. Потрясающе, чегоужтам. Так что держи, мальчонка, пряник и выпей чаю, а мы порешаем твои проблемы.

Что еще. Можно отметить традиционный для диккенса, и не только для него, разлив темзы, разлучивший близких людей, но англия - настолько маленькая страна, что их последующая встреча неизбежна. Со слезами, сантиментами и прочим добром.
Неистовый алкоголизм низших слоев населения, где пьют по-черному даже дети. Ну, это действительно правда, так что без критических комментариев.
Идеализирование юных дев. И оступившиеся женщины погибают. Нету у диккенса других вариантов для бедняжек. Гроб, могила, крест, без вариантов. Нда.

В целом и общем, от истории осталось легкое разочарование. Впрочем, не страшно, бывает и хуже. Все-таки диккенс, как бы там ни было, для меня - знак качества.

Нет - не читала я книгу в положенное ей время. Хотя прекрасно помню, что очень добротный и уважающий себя томик стоит на полке на даче, и я даже пробовала начать (пока заряжалась электронная книга. да-да)). Но...
С другой стороны - а какой возраст считать положенным для книги? Мне кажется, это произведение из той серии, которые отправлялись в детские, ну, потому что герой - ребенок. Ибо, конечно, какую-то общую канву я знала - но некоторые сюжетные повороты стали для меня знатным сюрпризом.
Начинаем мы, как водится - с рождения. Рождения, можно сказать, даже очень таинственного - ведь мы вообще не знаем, какого несчастный сиротка, названный Оливером Твистом, роду-племени, и даже кто его мать. Ну а дальше сэр Чарльз подробно и обстоятельно описывает работу - попечительства в Англии и работных домов. Я бы, наверное. была экзальтирована даже больше - если бы не прочитала о них в Дженнифер Уорф - Вызовите акушерку. Подлинная история Ист-Энда 1950-х годов . Сто лет прошло со времен сэра Чарльза - а страна до сих пор разгребала последствия этих милосердных и богоугодных заведений. Да и вообще процветала в атмосфере человеколюбия и благостности.
Чувствуется мой радужный настрой? Это я так автором прониклась. Потому что мне показалось, что он в намерении отразить все нравы и настроения своего времени - выкрутил всю иронию и сарказм до максимума. Потому что если долгие рассуждения про какого-то философа, который там вывел теорию довольствование духовной пищей взамен физической, и опробовал ее на своей лошади (а та чего-то околела) - это не сарказм... Те же эпизоды, когда истощенных мальчиков за один голодный хрюк запирают в угольном подвале, а Оливера, который ОСМЕЛИЛСЯ попросить добавочки - позорят перед всем приютам - прям сильно выкручены. Но добила меня совершенно внезапная ремарка

... Сэр Чарльз?! Вы чему детишек учите?
В сюжет углубляться не буду, потому что если вы читали мировую литературу после сэра Чарльза - то хоть раз на эту канву натыкались. С ходу мне вспомнился мультфильм "Оливер и компания", да и теперь я поняла, кто прописал образ сироты для Джоан Роулинг. Перипетии жизни Оливера современному начитанному человеку довольно понятны, и даже крутые повороты, заложенные автором, не особо шокируют. Еще же были влюбленные ягнятки, которые так же любят друг друга, но что-то мешает им быть вместе...

И еще основная ветка книги заканчивается где-то за четверть - но надо же проследить судьбу всех славных (и бесславных) персонажей, которые здесь нам встретятся.
Но когда мне показалось, что автор выкрутил весь свой блистательный сарказм, чтобы изобразить современное ему общество и его... устройство. Вроде ярмарки рабочих - которая слишком уж сильно напоминала ярмарку рабов. Или упоминает фирму ваксы - но конкурирующую, не ту, на которой он работал. И невольно вспоминаешь, что, каким бы фундаментальным и благостным не казался нам классик - жизнь у него была ой как нелегка, особенно в детстве и юности. И тут - нагоняет цитата

... А... Ага... Не могу с вами не согласиться, дорогой автор.
Как-то одна эта внезапно встреченная сентенция сразу развернула для меня вектор книги. И из немного наивного черно-белого сочинения превратила - в полнокровный и разноцветный роман о перипетиях жизни того времени - да и просто о жизни вне ее времени. Присовокупите к этому то, что сэр Чарльз будет делать вам прекрасное изо всех своих выразительных сил... Этим буду подытоживать и рекомендовать - не только как базу, от которой питается последующая мировая литература. Но и - любителям полнокровного, обстоятельного и старомодно очаровательного чтения. Расслабьтесь, позвольте себе окунуться в роман - а уж сэр Чарльз вас без прекрасных описаний и поворотов сюжета не оставит;)
Слушала в исполнении Евгения Терновского... И прям не знаю - что это на меня нашло. Наверное - доверяю этому чтецу. Да и голос у него просто восхитительный, напоминающий мне старинный инструмент вроде органа и клавесина. Да еще с этим раскатистым рокотанием, которое я так люблю. Невероятно его голос подходит для классической готики - очень мне зашли в его исполнении Эрнст Теодор Амадей Гофман - Эликсиры сатаны . И здесь было - обстоятельно, уверено, обволакивающе. И - тааак доооолго!!! Вот особенность Евгения Самойловича - это паузы в самых необъяснимых местах, которые сильно удлиняют книгу. Кто решится - 21 час восхитительного погружения вас ожидает (а тот же Кирилл Петров справился за 7). Поэтому начитку Евгения Терновского буду советовать - если вам ну очень нужно замедлиться, поставить мир на паузу и буквально в атмосферу книги завернуться. Евгений Самойлович - уж завернет так завернет, еще и покачает.

Читала в советском таком переводе, а не в советско-отсебятинском, ибо существует и он. Но мне перлов чужого авторства не надЪ. Пришлось очень не обращать внимание на сноски, щедро приправленные "ой, посмотрите, люди добрые, яка эксплуатация творилася у англиях и якой страшенный беспредел у судейской системе". Оно, конечно, понятно, что переводчик в сссрах - человек подневольный. Но я гневно побулькивала таки.
Ну, и надо продраться хотя бы через первую главу, ибо оно какой-то нечитаемый и странный ахтунг с кучей повторов. Потом становится легче и местами даже весело.

В общем, кто и что такое мистер пиквик по большому счету не объясняется чуть ли не до самого финала. Но денежка у деда в целом имеется. И вроде как он всю жизнь где-то ее зарабатывал, а на старости лет решил шататься по англии с умным видом и вкушать ее нравы и прочие прелести, таская за собой более молодых друзей.
И должна сказать, что старина диккенс был в своем репертуаре прямо с этой, своей первой публикации, то есть книги, а именно...

Тетки - это так-то по большому счету - всемирное зло. Особенно, ежели они - вдовы. Впрочем, старые девы тоже не пользуются его любовью, ибо он категорически отказывает им в устройстве личной жизни. Ну, и они еще исключительно глупы, истеричны, навязчивы и вообще какие-то ненасытные паучихи, желающие погрызть свободного мужского тела, путем брачного окольцевания. Но как жены - они просто ужасны и злостно затаптывают все мужские посевы, то есть порывы души и прочие кандибоберы.
При этом диккенс неистово идеализирует юных дев чуть ли не до приторности. И мне вот даже интересно, осознавал ли он, что в дальнейшем из них получаются, как минимум, те самые ненавистные ему вдовы? Хах.

Еще совсем не поразило, что в англиях неистово пьют. Причем, вовсе не чай, а неслабо так закладывают за воротник, то есть не просыхают. Но диккенс черта с два осуждает пьянство. Напротив, он критикует всякие общества трезвости. И, видимо, всякие вдовицы по-любому хуже, ага. Короче, это в питере-то пьют? Да щас... Вы просто не бывали на туманном альбионе.
И, конечно, исключительно замечательно у британцев получается описание трогательных и комичных взаимоотношений между хозяином и слугой. Это действительно очень-очень мило. И местами забавно. Пьют они тоже почти что вместе, ага.

И, собственно, какой же главный вывод можно вывести опосля прочтения. Джентльмену тетки, вдовы, девы вовсе не нужны. Ибо для пожизненного комфорта требуются всего лишь навсего добрые друзья, верный слуга и попить чего-нить покрепче чая. И все, жизнь, считай, категорически удалась.

"Оливер Твист" для советского читателя всегда имел какое-то особенное значение. Именно с ним ассоциировался Диккенс, но достать книгу в советские годы было крайне проблематично. Когда же я ее смог купить уже в начале 90-х, то, под лавиной перестроечных откровений, история бедного мальчика проскользнула малозамеченной. В памяти остался лишь идеальный высокопарный слог автора, который и теперь считаю образцом для любого литератора.

В общем же и целом "Оливер Твист" книга детская. Пусть она и из тех времен, когда детская литература в принципе не сформировалась еще как класс, пусть считалась крайне новаторской и напичкана ужасающими откровениями из жизни низов общества, пусть и читать ее следовало в более нежное время. Детской ее делают несколько обстоятельств. Главный герой, хотя он главным является и весьма формально. Отсутствие широкоформатных межполовых отношений. Чрезмерное количество сказочных совпадений, которые хотя и были обязательными в английской литературе того времени, но не зашкаливали за грани разумного. Исключениями являются "Векфильдский священник" и "Джен Эйр", где можно шататься по всей Англии и все равно упадешь в обморок на пороге у своей младшей сестры, о существовании которой и не подозревал. Что самое интересное - она тебя еще и спасет. Вероятно потому, что не знала о родственных отношениях. Наконец, что самое главное - это позиция самого Диккенса. Подобная нравоучительная манера невольно делает его неким школьным учителем, который наставляет на путь истинный нерадивых чад.

Несмотря на столь высоконравственное обрамление, сама логика сюжета не выдерживает критики. Мы так надеялись и радовались тому обстоятельству, что в маленьком Оливере изначально заложен некоторый добротный стержень, что даже в то ужасающее время каждый чванливый господин, каждая высокомерная дамочка, каждый урод из подворотни этот самый стержень чувствовал сразу и только это заставляло его оказывать мальчику чрезмерное расположение. В итоге, как оказалось, вовсе не это влекло всех этих людей. Интерес к Оливеру был совершенно тривиальным, что не только разочаровывает, но и как-то заставляет терять веру в людей. Очень оригинальный подход, который после стольких многостраничных терзаний, позволяет во всеуслышание заявить, "а я так и думал, что человек человеку волк".

Тот факт, что "Оливера Твиста" периодически запрещают в некоторых странах не только смешон, но и ханжески глуп. Ну, заменили бы слово "еврей" на "старик" - это бы никак не отразилось ни на смысле произведения, ни на сюжете. Что в таком случае должна цензура вытворять, скажем, с Достоевским и его любимой фразой "жид, жидок и жидененок". Делали бы упор на существенном - красотах языка, реальнейшем проникновении в тему, интересном на все времена сюжете. Диккенс был и будет той основой, на которой вообще держится вся мировая романистика, настоящим джентльменом, чтение которого облагораживает любого читателя, реальным трудягой, познавшим жизнь без прикрас и писавшим наперегонки с печатным станком так, как никто уже не сумеет.

p.s (явный спойлер) Борис Виан, судя по всему Диккенса читал, потому что в своем "Женщинам не понять" воплотил в жизнь ту же идею. Там герой долго и храбро беспредельничает на просторах мира, искренне радуешься подобной бесшабашности, а потом оказывается, что ему было все равно при папе - генерале. Так, один знакомый парнишка в пору моей юности по очень большой любви вынес своей любимой входную дверь из гранатомета. Инцидент тут же замяли и, как потом объяснили, его замяли бы и при наличии жертв, в чем заслуга исключительно родителей влюбленного. Но сия история вошла в анналы под видом истории о беспрецедентной любви. Люди всегда видят то, что их больше интересует.

Кажется, мне просто пора для себя окончательно уяснить, что Диккенс не мой писатель. Не складываются у меня с ним отношения, нет между нами какой-то магии, химии. Это уже для меня давно не открытие, но я чуть ли не в каждой второй книге встречаю персонажей, которые восхищаются Диккенсом, а потому в своих убеждениях начинаю сомневаться. Может в этот раз все будет иначе – возможно я изменилась, наконец-то доросла и готова оценить произведения этого выдающегося автора? Увы, сколько бы я не пробовала зайти в эту реку, результат всегда один – мне скучно. Скучно мне было и в этот раз. Да, я понимаю, что автор пишет замечательно, но мне все равно скучно. Местами при прочтении книги я вовсе теряла внимание, приходилось возвращаться на пару страниц назад, перечитывать, чтоб понять, что я как будто бы и ничего не пропустила.

Иногда при чтении я ловила себя на мысли, что читаю что-то вроде Джерома К. Джерома и его троих, не считая собаки, а где-то мне мерещились Ильф и Петров вместе с Остапом Бендером. Я понимала, что эти произведения написаны позже, а значит, именно они перенимали у Диккенса какие-то черты, но они мне все равно кажутся куда ближе. Я отчетливо чувствовала какие-то общие нотки в повествовании, а потому ждала чего-то конкретного, знакомого… Казалось, что сейчас появится какой-то юмор, я к нему готовилась, но оставалась разочарованной. Как будто бы задел на юмористическую составляющую присутствовал, но он оставался таким призрачным, словно автор был готов в любой момент развернуться на 180 градусов и отругать тебя за то, что ты нашел что-то смешное в его словах. Да, он определенно шутил, иначе быть не могло, но всем своим видом демонстрировал, что все происходящее серьезно как сама смерть, вводя меня в заблуждение. А это, кстати, действительно, добавляет описываемым ситуациям комичности, но первые пару глав меня это почему-то сбивало, у меня не получалось настроиться на нужный лад, я не могла его уловить. И начинала злиться, впереди 800 страниц, а книга уже еле-еле идет, зачем я в это ввязалась? Я всерьез задумалась о том, чтоб бросить чтение книги. А потом мне попалась сцена, в которой мистер Пиквик целую страницу ловил свою улетевшую шляпу… Целую страницу он просто бежал за шляпой! Да, черт бы побрал эту шляпу! Такая глупая сцена, такая долгая погоня за шляпой…. Но была в этой сцене какая-то магия, она завораживала, я не могла отвести взгляд. Ах, как он бежал за этой шляпой… Просто чудо расчудесное. На этом моменте я поняла, что книгу я дочитаю, наконец-то расслабилась и начала получать удовольствие от этого странного, абсурдного британского юмора.

И вроде местами я просто влюблялась в эту книгу, все равно читать ее мне было слишком тяжело. Она создана для медленного, очень и очень неторопливого чтения. А я так читать просто не умею. Я не умею расслабляться даже в чтении, читаю как голодная собака. Неправильно, если честно, но не могу по-другому. Мне очень важен сюжет, динамика, смена кадра, мне мало простого наблюдения за человеческой природой, мне нужен какой-то нерв, ну либо меньший объем. Клиповое мышление все-таки, а в противовес ему Диккенс. Вероятно, что спустя какое-то время я захочу вернуться к этой книге и уже перечитать ее с чувством, толком, расстановкой, а пока я рада малому – осилила ее и на том спасибо. В целом все чтение этой книги было похоже на погоню за улетевшей шляпой.

Очередной раз убеждаюсь, что нельзя ожидать слишком многого... Давно пора мне было познакомиться с данным произведением, но руки никак не доходили и видимо не зря, нужно было еще столько же лет проходить мимо. Мне показалось, что атмосфера произведения очень похожа на "достоевскую". Так как русского классика я тоже не очень люблю именно за мрачную атмосферу, поэтому и здесь именно давящая, мрачная атмосфера усложняла мое восприятие. Хотя помимо непосредственно самой атмосферы, в книге есть и другие недостатки, к примеру герои прописаны плохо (на мой взгляд), все однобокие, много злых, алчных, глупых людей, при чем, к сожалению, так показаны именно бедняки, а люди более высокого социального статуса показаны более добрыми и человечными. К сожалению, персонажи ярко делятся на злых и добрых, это конечно не плохо для детских произведений, но взрослым людям не так интересно наблюдать за настолько неправдоподобными героями, так как не бывает в жизни все так однозначно.

Рассказ о несчастном мальчике сироте должен брать за душу и вызывать эмоции, но меня как-то не зацепило горе ребенка, я все думала, как же круто иметь такой крепкий организм, который пережил такие страдания, голодание, побои и т.д. А то, что маленький герой после всех перипетий остается честным и совестливым мальчиком, вообще вещь очень удивительная, особенно для подросткового возраста, То, что автор описывает события как биографию героя с одной стороны интересный ход, а с другой добавляет абсурдности всей истории.

У данного романа есть большое достоинство, это то, что показаны подробно разные слои населения Англии XIX века. Меня всегда поражало как раньше жили дети и взрослые, поэтому считаю полезным иногда читать произведения которые показывают ужасные будни бедноты в былые времена. С богатыми все понятно, о них множество произведений, а вот о несчастных которым не просто выживать в жестоком мире, книг не так много, хотя они мне и сложно даются, пользу в них я вижу. Так, что описание жизни в приюте и работном доме мне показались информативными, все, что было позже, далось с трудом.

Мне так понравились у Диккенса «Большие надежды» Чарльз Диккенс , что все остальные его книги я закинула в виш не глядя. Ну и получила по своим Большим надеждам на автора. Скучная скукота, дочитать я не смогла, да и не больно то хотелось.

Нет, написано отлично, Диккенс и его переводчик литературным языком таки владеют, никаких коряг не встречается, и это в связи с несколькими последними прочитанными книгами, в которых переводчики творили просто трэш, уже не может не радовать. Вот до чего дошло, а? Радуюсь, что книга вычитана. Скоро буду радоваться, что без орфографических ошибок напечатано?

А вот с тематикой сложнее. Я тут поняла внезапно, что безумный интерес мой к викторианской Англии как-то пошел на убыль. Видимо, все прочитано и перечитано по нескольку раз. Тут же Диккенс занимается сугубо бытоописательством этой временной эпохи, а также, не знаю, кто из них был первым, но в общем, то ли следуя по стопам Вудхауса, то ли впоследствии его вдохновив, рассказывает разные забавные и не очень истории про британских аристократов. Честно говоря, мне было вообще не смешно ни разу, читала с тотальным лицом кирпичом.

Вот мистер Пиквик, такой британский британец, путешествует в компании своих друзей-соклубников, мистера Снодграсса и мистера Тапмена. Вся эта аристократичная гоп-компания оказывается то в одном, то в другом мелком городке, то в одном, то в другом особняке, где с ними общаются то одни, то другие особы. Например, старая дева, к которой начал подкатывать Тапмен, но его опередил с хитроумной схемой жениться какой-то мошенник, вот негодяй. Или гарнизонный доктор, который принял за Уэллера еще какого-то проходимца, и дело чуть было не закончилось дуэлью. Или... а в общем, все эти истории примерно одинаковы с похожими сюжетцами и финальцами. Так что на четвертой или пятой я сдалась, позевывая.

Наконец-то я научилась не дочитывать книги.

Эта классика валялась в моем виш-листе больше 10 лет. И если честно, лучше бы так дальше и валялась. Скучная скукота. Да, я прочитала, что история основана на реальных фактах, что Диккенс сам пережил подобное в детстве. Да, я верю, что викторианская Англия - далеко не самая мягкая эпоха, даже наоборот, бы сказала, к людям очень жестокая, в империях человеческие жизни ничего не стоили, тем более детские - с них ничего не возьмешь кроме хлопот, да и все равно мрут как мухи. Но все эти страдашки юного Оливера не вызывали во мне отклика. Точнее, вызывали их с избытком, так что через какое-то время я просто от них устала.

Все плохо, плохо, плохо, беспросветно, беспросветно, беспросветно, а потом Оливер дважды попадает к хорошим людям, которые приходят в восторг от его щечек, губок и золотых, пусть и грязных, локонов, И все становится резко хорошо. Не поверила я и в моментальное узнавание мальчика по портрету его матери. Ну подобрал ты сиротку с золотыми волосами, ну похож он на портрет жены твоего друга, а кстати, почему это портрет твоего друга висит в твоем доме? Мне непонятно. Ну и сразу надо заподозрить совпадение? Не верю! А еще вот так с первого раза Оливер попал к родственникам умершей матери? Да, так просто? Если так, то Оливер должен быть максимально везучим, вот просто раз и в дамки, и где тогда его выигранный в лотерею телевизор? Вот опять не верю!

Ну а после повторного счастливого совпадения, когда Оливер попал к Розе (тут немного спойлерно, которая тоже оказалась его родственницей) мне стало окончательно скучно, так что я даже не особо старалась следить за событиями. Злые-злые преступники хотят крошку Оливера оболгать, от хороших дядей вытащить, а злой-злой брат хочет наследство Оливера присвоить. Но хорошие-хорошие дяди за крошку Оливера впрягутся, наследство похитить не дадут. Единственно, мне жаль Нэнси. Единственный живой персонаж на всю книгу, хоть и проститутка, и такой фиговый конец. Но даже смерть Нэнси от рук сожителя меня не смягчила к книге.