Избранное

-Обыкновенный человек ждёт хорошего или дурного извне, то есть от коляски и кабинета, а мыслящий от самого себя.
- Идите, проповедуйте эту философию в Греции, где тепло и пахнет померанцем, а здесь она не по климату.

Это зависть. людям не талантливым, но с претензиями, ничего больше не остается, как порицать настоящие таланты. Нечего сказать, утешение!

Вхожу к брату, он сидит в постели, колени покрыты одеялом; постарел, располнел, обрюзг; щёки, нос и губы тянутся вперёд, — того и гляди, хрюкнет в одеяло.

Мы обнялись и всплакнули от радости и от грустной мысли, что когда-то были молоды, а теперь оба седы и умирать пора.

«Кто из нас обоих сумасшедший? – думал он с досадой. – Я ли, который стараюсь ничем не обеспокоить пассажиров, или этот эгоист, который думает, что он здесь умнее и интереснее всех, и оттого никому не дает покоя?»

До сих пор в деревне были только господа и мужики, а теперь появились еще дачники. Все города, даже самые небольшие, окружены теперь дачами. И можно сказать, дачник лет через двадцать размножится до необычайности. Теперь он только чай пьет на балконе, но ведь может случиться, что на своей одной десятине он займется хозяйством, и тогда ваш вишневый сад станет счастливым, богатым, роскошным...

Если бы, знаете, к трудолюбию прибавить образование, а к образованию трудолюбие.

(Вершинин)

Вся моя жизнь представляется мне красивой, талантливо сделанной композицией. Теперь мне остается только не испортить финал. Для этого нужно умереть по-человечески. Если смерть в самом деле опасность, то нужно встретить ее так, как подабает это учителю, ученому и гражданину христианского государства: бодро и со спокойной душой.  Но я порчу финал. Я утопаю, бегу к тебе, прошу помощи, а ты мне: утопайте, это так и нужно.

То, что кажется нам серьезным, значи-тельным, очень важным, придет время,— будет забыто или будет казаться неважным.

У нее всегда неизменно глаза выражали одно и то же, а именно: «Все, что делается на этом свете, все прекрасно и умно».