Любовь и смерть в русской литературе: в комиксах!

Честно говоря, вообще не понятно для кого эта книга, точно не для простых людей. Первое, что бросается в глаза - это явно не комикс. Довольно мелкий шрифт в обрамлении чёрно-белых картинок. В основном иллюстрации - это портреты авторов, но они ужасные, даже не всех можно узнать, будто начинающий художник пытался творить, это неуважение к великим людям. Самое главное, конечно, текст. Но и он оставляет желать лучшего. Книга написана таким языком, который, лично мне, сложно читать, хуже учебной литературы. Произведение подойдёт для разбирающихся в литературе людях, может, критиков или литературоведов, не знаю (мне такое скучно читать). Редкие факты из биографий русских писателей, разбор их произведений (которые я не читала или читала давно, что не помню их). Хотя я люблю всякие статьи про писателей, где всё написано доступным языком. Чтобы браться за эту книгу, в идеале, нужно сначала перечитать про их жизнь и их романы, а потом уже творение Быкова, иначе просто трата времени.

Эта книга - первая часть четырехтомника, посвященного русской литературе XX века в комиксах. В одном сборнике вновь сошлись, благодаря Дмитрию Быкову и телеканалу "Дождь", Ахматова, Гумилев, Маяковский, Пастернак, Есенин...

Каждая глава - это не просто разговор о произведении писателя или поэта, это знакомство с жизнью, временем и той атмосферой, которая царила в начале XX-го столетия. . . Владимир Богомолов: "А если у вас оторвалась пуговица, Не надо плакать, не надо испугиваться". . Анна Ахматова: "Кто начал, тот уже не начинающий". . Давид Бурлюк о "любовной неудаче" Маяковского: "Ничего, первая любовь всегда глупости. Когда-нибудь он должен же перестать общаться только с курсистками или только с проститутками, нужна серьёзная любовь. Ну, подумаешь, стихи напишет". . Борис Пастернак о жизни: "Она цвела как альтер эго, и я назвал ее сестрой". . Александр Блок о Николае Гумилеве: "Всё-таки Гумилев удивительный человек. Все ездят в Париж, а он в Африку. Все ходят в шляпе, а он в цилиндре. Вот и стихи такие, в цилиндре". . Исаак Бабель: "До семи ли раз прощать? Нет, до семижды семидесяти раз". . Исаак Бабель: "Ни одно железо не может войти в человеческое сердце так леденяще, как точка, поставленная вовремя".