Человек-амфибия

— Познакомьтесь: Ихтиандр, человек-рыба, или, вернее, амфибия, он же морской дьявол, — отрекомендовал юношу Сальватор.

Вы умеете молчать? Все женщины болтливы. Вы женщина - это плохо. Вы красивы - это ещё хуже.

Тебя пугают для того, чтобы ты привык ничего не бояться.

Даже Цицерон не убедил бы меня. Я никогда не решусь прекратить жизнь человека…

Будь счастлива! — сказал он и улыбнулся. Но улыбка бога была печальною. И боги могут иногда завидовать простым людям.

И они погрузились в размышление, глубине которого могли бы позавидовать йоги.

Неужели творец создал людей несовершенно? © Епископ

Человек летающий похож на насекомое или на птицу. Это нарушает все божеские и человеческие законы, и для нас это,наконец,просто неприлично!Летающий лорд - это уж что-то немыслимое!Шокинг!!!Это отвратительно!Этому нет названия...

… город, этот современный молох, требует ежедневных человеческих жертв.

Простым людям нужна религия, нужен бог, вера в чудо, иначе с ними трудно справиться.

Зурита хочет, чтобы морской дьявол был у него рабом. А знаешь ты, что такое морской дьявол? Это клад. Это неистощимое богатство. Морской дьявол может собирать на дне морском жемчуг – много прекрасных жемчужин. Но морской дьявол может добывать со дна моря не только жемчуг. На дне моря много потонувших кораблей с несметными сокровищами.

Не слишком ли много объяснений для одного факта?

Все женщины болтливы. Вы женщина- это плохо. Вы красивы- это еще хуже.... Красивая женщина- женщина вдвойне. Значит, вдвойне обладает женскими недостатками.

Парализованный этим страхом, он даже не думал о какой-то активной борьбе, о том, чтобы отстоять свое право жить так, как ему хочется, а не так, как того хотят другие.

Перед редчайшими в мире животными
публика останавливается лишь на минуты, а какие-нибудь глупые
петушиные бои она готова смотреть часами. Страсти разгораются, люди
волнуются, заключают пари.

-Радость обретения бесконечного в конечном!... - и снова опустил глаза.

Морской бог, который приходит на помощь бедным.

Поймите, публике приедается все, кроме одного — борьбы, состязания, с их вечной сменой неожиданных положений и неизвестностью финала.