Избранные комедии

Сегодня у меня день Бомарше, написав рецензию на первую пьесу его прославленной трилогии, перехожу ко второй части. "Безумный день" получился не просто не хуже первой пьесы, что уже должно было обратить на себя внимание, но и, по мнению многих читателей и зрителей, даже превзошел её. Я не рискну судить, какая из двух пьес более удачная, они мне нравятся обе, но признаюсь честно: на стороне "Женитьбы Фигаро" играют такие великолепные актёры как Андрей Миронов, Александр Ширвиндт, Вера Васильева, Татьяна Пельтцер и другие. Я имею в виду шикарную постановку Валентина Плучека в Театре Сатиры, по которой в 1974 году был снят телевизионный фильм, в 70-80-е годы частенько демонстрировавшийся по ТВ.

Харизма Андрея Миронова оказалась настолько сильной, что когда я читал трилогию в более поздние времена, я не мог отделаться от впечатляющего образа хитроумного бывшего цирюльника, созданного талантливейшим актёром. Его монологи звучали во мне с его незабываемой интонацией и характерными паузами. Да и с Ширвиндтом была та же история, граф Альмавива разговаривал у меня тоже с фирменной ширвиндтовской леностью и вальяжностью.

Даже не знаю, хорошо это или плохо, с одной стороны талантливые актеры ограничили мою фантазию в трактовке образов, с другой - дали очень яркий образец, который способствовал более "зрительному" восприятию текста.

Мало кто знает, что изначально Бомарше не задумывал писать именно трилогию, пьеса "Безумный день" была совершенно отдельным произведением, действие которой происходит в современной автору Франции. Но Людовику XVI такая затея не понравилась и он лично запретил пьесу. Тогда Бомарше вспомнил о героях, полюбившихся зрителю, и перенес действие в Испанию на век раньше.

Именно по этой причине социальное положение Фигаро претерпело изменения, теперь он уже не авантюрист без определенного рода занятий, как в первой части, а управляющий замком у того самого графа Альмавивы, которому когда-то помог устроить брак с прекрасной Розиной. Граф за несколько лет, прошедших со времен первой части, потерял пыл юности, зато набрался тления пошлости, охладев к наскучившей ему жене, он предается амурным приключениям и волочится за всеми подряд, в том числе и за невестой своего управляющего.

Последнее обстоятельство заставляет остроумного слугу вступить в конфликт с собственным хозяином. Ловкость и умение плести хитроумные комбинации снова помогают Фигаро одержать победу и добиться своей цели - жениться на Сюзанне, свадьбу с которой пытались расстроить и граф и домоуправительница Марселина, которая сама хотела стать женой Фигаро. Но с Марселиной всё решилось в духе классического водевиля - она оказалась матерью разбитного удальца.

Снова, как и в первой части, Бомарше сыграл на симпатиях зрителей к остроумному и энергичному представителю простонародья. Образ Фигаро - "интеллектуального плебея" - громко заявлял о равенстве всех сословий и о том, что сословная система устарела и трещит по швам. И это неудивительно, пьеса появилась на свет в 1784 году, до Великой Французской революции оставалось всего пять лет.

Но, нужно сказать, что сама революция и похоронит измышления просветителей о представителях низших сословий, как о носителях гуманности. Увы, но тот кровавый террор, который прокатится по бывшему королевству, а теперь уже республике, будет организован в основном выходцами из плебса.

Эта пьеса - первый и блистательный бенефис великолепного Фигаро. Фигаро, которому хочется рукоплескать за его находчивость, дерзость, ум, юмор, хладнокровие и ловкость!

Да, Фигаро - дитя своего времени. Имеется в виду время написания пьесы - вторая половина XVIII века, хотя в самой пьесе действие происходит на век или даже пару веков раньше, и не в родной автору Франции, а в находящейся за Пиренеями Испании. Так вот, дитя, а если еще точнее, то сын своего времени Фигаро потому, что является представителем так называемого третьего сословия. В эпоху, когда лозунг "Свобода, равенство, братство!" уже во всю просился на волю, именно человек из народа вызывает наибольшую симпатию зрителя, большинство которого и есть простой народ.

Биографы Бомарше считают, что в образе Фигаро есть автобиографические черты. Это, несомненно, так - Фигаро энергичный и жизнелюбивый авантюрист, неистощимый на выдумку и красное словцо, он перепробовал много профессий, был ветеринаром, цирюльником, и даже пробовал писать пьесы. Последний факт очень роднит его с самим Бомарше, который тоже был выходцем из третьего сословия, из семьи часовщиков, и тоже много испытавшим человеком, сумевшим своими многочисленными талантами добыть себе вожделенное дворянство.

Но даже став дворянином, свои симпатии автор пьесы оставляет за человеком из простонародья. В сюжете пьесы Фигаро - центральная фигура, всё образующая и определяющая. Знатные дворяне - опекун Бартоло и граф Альмавива - оказываются в разы глупее и недогадливее ловкого пройдохи. Он организует графу Альмавиве женитьбу на прекрасной Розине прямо под носом её ревнивого опекуна, легко и блестяще разрешая все возникающие трудности и проблемы.

И в каждой новой сцене зритель получает невероятное удовольствие от того, как безродный Фигаро демонстрирует свое интеллектуальное преимущество перед представителями старинной испанской аристократии. Ведь в плане ума граф Альмавива, которому помогает ловкий цирюльник, очень даже не блещет, и заметно уступает в этом отношении тому же Бартоло. Вот и выходит, что без пронырливого помощника сидел бы сей граф в луже, а на хорошенькой Розине женился бы старый опекун.

Еще немаловажный факт - у Фигаро отсутствует личная преданность патрону, он служит Альмавиве исключительно за деньги, что в известной степени уравнивает аристократа и простолюдина, между ними нет и тени от феодальной зависимости, уходящей в прошлое, только здоровые капиталистические отношения: я поработаю на тебя, если хорошо заплатишь.

Правда, деньги выступают в пьесе не только как двигатель прогресса, но и как основа коррупции, эту линию воплощает продажный судья Базиль, который готов повернуть закон в угоду тому, кто заплатит больше.

Напоследок снова хочу вернуться к фигуре главного героя, предвестником которого, на мой взгляд, выступает брутальный Тристан из "Собаки на сене" Лопе де Вега, который так же блестяще устроил свадьбу Теодоро и Дианы. Но Фигаро еще более блестящ и динамичен, выражением его кипучей деятельности и вездесущности стало крылатое оперное: "Фигаро здесь, Фигаро там!", что на языке оригинала (оперы Россини) звучало: "Figaro qua, Figaro là".

О пьесах Лопе де Вега я была наслышана уже давно, но, к сожалению, начала знакомство с его творчеством только сейчас. Изначально я планировала начать знакомство с автором с пьесы "Собака на сене", но вышло немного по-другому, о чём совершенно не жалею. "Учитель танцев" — произведение очень интересное, легко воспринимаемое, с юмором, поэтому чтение не отнимет много времени. Все персонажи хорошо прописаны. Возможно, не всем из них уделяется много внимания, но при этом характер каждого из них проработан так, что читателю легко представить всех героев пьесы, как будто он собственными глазами наблюдает за их поступками и диалогами. Кто-то появляется на сцене чаще, кто-то реже, но все они в тот или иной момент сыграют свою роль в развитии сюжета.

Можно подумать, что подобные сюжеты достаточно часто встречаются в классической литературе: он — честный и благородный, но обедневший, она — сталкивающаяся с опасностью выйти замуж за богатого, но нелюбимого. В один прекрасный момент жизнь сводит их, и молодые люди понимают, что не могут друг без друга. Вот только на их пути то и дело появляются различные препятствия, в том числе в виде козней завистников и недоброжелателей. Такая история приключается и с главными героями данной пьесы, Альдемаро и Флорелой. Вот только ни он, ни она не намерены сдаваться и готовы бороться за любовь, чего бы это ни стоило.

Лично я не заметила в "Учителе танцев" абсолютно отрицательных персонажей. Да, сестра Флорелы, Фельсьяна, поступает плохо, но причиной является тот факт, что она любит другого, будучи замужем по расчёту. Я ни в коем случае не оправдываю её, она не должна была подставлять сестру, но в какой-то мере мне всё же жаль эту девушку. Да и про Вандалино ничего плохого я сказать не могу. Он всего лишь был поглощён влюблённостью, пусть и изменил своё мнение слишком быстро, узнав о якобы неблагородном поведении возлюбленной.

Вот такой увлекательной сюжет и таких продуманных персонажей можно найти в данной пьеса Лопе де Вега. Для меня её чтение стало настоящим удовольствием!

Почему-то до прочтения пьесы (давно хотела прочитать, но из всего, что знала о Фигаро - это "Фигаро здесь, Фигаро там") - гениальной пьесы) - я была уверена, что Фигаро - это кто-то вроде Казановы, Дон Жуана или просто ловелас) Ничего подобного! Фигаро в течение всей пьесы верен одной девушке - своей невесте Сюзанне. Так что это было откровение №1. Откровением №2 стала немаленькая такая роль пажа в этой заварушке, граф ревнует графиню ...к пажу, к несмышленному мальчишке практически (вот времена, вот нравы:) Граф, кстати, едва ли не самая колоритная роль в этой пьесе (Фигаро тоже хорош со своими проделками, но Граф - это что-то, по-моему, его обводят вокруг пальца все, кому не лень, начиная от супруги и заканчивая его придворными)

Откровение №3 - брачная расписка - обязательство жениться: или отдай долг, или женись (вот так категорично, в стиле "или умри", ну для Фигаро это практически равнозначно) Действительно существовали такие расписки?! С демографической ситуацией в те годы проблем явно не было и мужа найти было легко (всего лишь одолжить ему крупную сумму денег, а потом уж выкручивайся как хочешь, дорогой)

Откровение №4 - тайна рождения Фигаро внезапно раскроется и причем самым неожиданным образом (умеет автор закрутить сюжет. добавив в него такую тонкую интригу) и самым благоприятным образом для главного героя.

А последнее, 5-е откровение - монолог самого Фигаро, в котором он приоткрывает перед читателем те причины, сделавшие его таким: хитроумным, ловким, циничным, хватким интриганом и плутом) Вот это во всей комедии самое грустное место...

А пьеса бесподобная - ироничная, легкая, что называется "на злобу дня" (должности у нас по-прежнему продаются:) и с глубоким подтекстом (не рой другому яму, сам в нее и попадешь). 5/5

Прочел произведение автора, упоминание о котором, всегда сопровождается задержкой дыхания и особым душевным пиететом.
Для меня любовь к творчеству испанского драматурга Лопе де Вега началась с его пьесы «Собака на сене», может быть поэтому, сложнее воспринимать написанною одной из ранних - «Учитель танцев». Предполагал, что буйство действий горячих испанских страстей оформленные в прекрасный слог (и кстати, очень достойный перевод от Татьяны Львовны Щепкиной-Куперник, что важно, так как донести атмосферу произведения может не каждый переводчик )… Но увы… подвело впечатление от пьесы, - прежде всего нюансы действий, какая-то не совсем логичность происходящего… Например, диссонанс требований кодекса аристократа с допущением возможности перевоплотиться в неуважаемое ремесленничество – обучение танцам, недопустимость даже мысли об уроне чести, и фактическое признание дворянина, чуть ли не вором, из-за любовных переживаний главного героя… Жаль, я думаю, если в «этой теме немного задержался» бы господин Лопе де Вега, то вышло бы не хуже «Собаки на сене», ведь сюжетный потенциал развития идеи, тут просто шикарен… Немного непонятны отношения сестер, - то честь сестры всего важней, то чувства к любимому перевешивают, и тут же, - вновь кульбит, - фамильное перебивает душевное… А ведь так не бывает, «качели» не работают при аристократических предрассудках, они могут быть нарушены лишь единожды, далее границы уже не восстановить… Да и второстепенные герои, например отец Флорелы, - отдав старшенькую замуж «не по-любви», что его не красит, младшенькой помогает (причем, это то читатель знает, что ее избранник человек хороший и достойный, а папаша то откуда, на момент сюжетных действий)… Или Вандалино – сеньор так безоглядно влюбленный, узнав лишь о тени любви избранницы не к нему, моментально начинает рассуждать о невозможности урона своей чести … (а как же - жизни лишусь, но добьюсь расположения, вечная преданность и обожествление образа)… В общем, тяжело им там жилось в шестнадцатом веке с такими «тараканами в голове»… А что касается самого произведения, думаю что оно сослужило хорошую основу для написания через 24 года, моей любимой в творчестве Лопе де Вега пьесы - «Собака на сене»!!!
Может я неверно выбрал очередность прочтения произведений автора, но, - классика остается классикой, - только вдумайтесь, - этой пьесе 430 лет (вроде бы сохранилась копия авторской рукописи). Предлагаю вам самим составить мнение о пьесе, в любом случае вы будете в выигрыше!
Воспевание чувственной любви, красивые аналогии, точные метафоры, остроумное плетение диалогов, комичная и лиричная составляющие сюжета, меткие пословицы и поговорки, используемые в пьесе, отсылки к древним авторам и персонажам божественного пантеона, ну и, наконец, - мягкое и ненавязчиво-правильное воспитание через положительных героев - все это, - приятный бонус к прочтению летним вечерком настоящей классики!!!

Когда я взял в руки вполне себе классическую комедию аж XVII в. я не ожидал, что погружусь в такие дебри, в сравнении с которыми обман Тартюфа и старательно высосанный из пальца саспенс покажется мне детским лепетом — я прочитал предисловия, написанные Мольером, и его обращения в т.ч. к «Его Святешейству», т.е. монарху, чтоб тот защитил его пьесу от цензуру, которую смогли протащить разного рода «Лиги небезопасного интернета» и прочие протоиереи Андреи Неткачевы того периода, и это покруче самой комедии. Да, история про Тартюфа была заклеймена как оскорбляющая чувства верующих! Воистину, ничего в этой жизни нет нового, все повторяется как фарс, даже если это и было фарсом изначально.

Чтоб понять, откуда взялось такое количество «обиженных», надо немного вдаться в суть повествования — о чем же оно? Тартюф, некий обманщик, прикидывающийся святошей, втерся в доверие к простоватому хозяину семейства Оргону, а потом и к его престарелой матушке. Собственно, что Тартюф прощелыга и обманщик, понятно даже не самым сообразительным членам семейства Оргона (по старой комической традиции служанка умнее всего семейства вместе взятых), но сам батя упорно не хочет это признавать — ведь Тартюф очень «набожный», «скромный», «бессеребренник», «отдал все деньги бедным» и вообще, фактически «святой». Титаническими усилиями удается убедить Оргона, что Тартюф не тот, за кого себя выдает (разумеется, когда Тартюф решил пристроить свой половой орган в жену господина Оргона), но, когда Оргон выгоняет Тартюфа, оказывается, что туповатый папаня уже переоформил всё имущество на своего «святого» (хоть дочку не успел переоформить, и на том спасибо), и теперь бывшая собака будет покусывать уже своего хозяина. Могло закончиться драмой, но по воле автора закончится комедией — автор ловко лизнул «августейшую особу», которая в своей мудрости видит прощелыг за километр, и мгновенно понимает, кто злодей, а кто нет — но понятное дело, что в жизни бы всё закончилось иначе, отчего становится еще смешнее. Слава Королю!

Разумеется, при любом монархе (да и значимом вельможе) обязательно образуется мощная смычка прощелыг, вертящих и своим «благодетелем», и его женой и дочкой в самых немыслимых позах — бесконечные прихлебатели есть вообще константа нашего бурного мира. И конечно, многочисленные прихлебатели посчитали, что это укол лично в их адрес, и Мольеру не простили такой обиды — пьесу нужно было «запрещать». Запрещали, как водится, не потому, что обиделись, а потому, что комедия оскорбляет религиозные чувства. Следите за руками:

1. Тартюф подчеркнуто набожен на словах, и выводя «якобы верующего» героя злодеем, автор оскорбляет всю веру! Видимо, автор намекает, что «верить напоказ» и защищать «чистоту веры» могут только прощелыги, пройдохи и прочие подонки и моральные уроды!

2. Даже внешне повадки Тартюфа очень напоминают священнослужителя (в комедии это не педалируется вплоть до пятого действия, где уже прямо говорится, что Тартюф выбрал себе «священный путь», намекая на некий духовный сан), плюс на всех иллюстрациях Тартюф одет во что-то подозрительно напоминающее сутану.

Цензурный приговор не заставляет себя долго ждать — если священнослужитель обвиняется в растлении несовершеннолетних это исключительно поклеп на святую веру, и любого, кто смеет утверждать, что священнослужитель какой-то не такой, необходимо немедленно наказать, дабы он не оскорблял Бога, Кришну, Аллаха, Будду, Гаруду (подставить нужное). Годы идут, а методика защиты «чувств верующих» не меняется — впрочем, вы действительно серьезно ожидали что-то нового?

Получив серию ударов «справа», не с позиции «плохая сатира», а с позиции «оскорбление чувств верующих», Мольер разразился письмами — аргументы были и у него: Король комедию запретил, однако лично высказался, что она ему понравилась, а делает он это исключительно под давлением «неравнодушной общественности» в роли условных Екатерин Мензуркиных и Андреев Неткачевых того времени. Мольер начинает бомбардировать монарха письмами, в результате чего из последнего мы узнаем, что Король отменил своё решение, и комедия снова на сцене — нравственность попрана, святая вера оболгана, зло торжествует, явный моральный разложенец Мольер продолжает своими грязными сапогами топтать общественную нравственность и святую веру. Аве Сатана.

Признаюсь, не прочти я подноготную данной пьесы, не получил бы и половину удовольствия — ведь я читал её не как обычный слушатель, а как в некоторым смысле тоже жертва указанных выше товарищей Мензуркиных и Неткачевых из комитета по защите социалистической нравственности. Найти там какой-то разврат (даже по русским манерам, не то, что по французским) может разве что человек, у которого «куколд-видео» находятся в закладках, и который любой сюжет преломляет именно на порнографическую составляющую: «Поп-расстрига имеет маму и дочку на глазах мужа и отца, смотреть без регистрации и смс».

С точки зрения религии, правда, здесь все не так бесспорно — у Мольера главная проблема в отсутствии реально верующих персонажей. Так уж получилось, что действительно, относительно верующие вроде Оргона или его маразматически-матушки Пернель непроходимые идиоты; пламенный трибун на тему веры Тартюф откровенная мразь и подонок; а вся семья Оргона в лучшем случае мягкие светские атеисты, которых тема религии не волнует вообще. В результате палитра «верующих» становится вполне себе однозначная — «волки»-псевдо-верующие в виде жуликов, обманщиков и моральных разложенцев ведут жирных реально верующих овечек на растерзание, и вмешаться может только «Бог из машины»-монарх, чего в реальной жизни никогда не произойдет. Для полноценного запрета здесь конечно тяжеловато что-то найти, но вне всякого сомнения, типажи эти угадываются максимально чётко как сейчас, так и в то время.

Произведение хорошее; перечитывать его без знания исторической подноготной я не советую, ибо потеряете большую часть; образы узнаваемые; гротеск пусть с перебором (учтем век и жанр), но все-таки без чрезмерности — Тартюф выдержал проверку времени, актуален сейчас, и будет актуален всегда. Единственное что — в то время Мольер победил в битве с Лигой Небезопасного Интернета. Победил ли бы сейчас?

Глубоко убеждена, что драматургия - это всё-таки не просто литература. Без сцены - это довольно "скудное" чтение. Тот же Отелло без судорожно сжатых на шее Дездемоны рук - просто несколько строчек, в которых не очень видно переживания. Но это моё личное мнение, скорее всего не слишком популярное)). При этом театр я очень люблю, не считая его ни слишком неестествееным, ни чересчур наигранным.
А вот Лопе де Вегу, которому, к слову сказать, очень сильно повезло с переводчиками ( главные среди них - великолепный Михаил Лозинский и Татьяна Щепкина-Куперник, как в данном случае), сумевшими передать лёгкий и игривый стиль, можно и смотреть, и читать. Он-то как раз настолько театрален, что в любом случае - хоть на сцене, хоть на страницах - будет ... оперетта и или водевиль. Страсти, вспыхивающие мгновенно, ревность, сносящая крышу, звон клинков, лукавые слуги - всё, без чего невозможны были комедии XVI - XVII веков.
"Учителя танцев" в театральной постановке никогда не видела. Вероятно, его и не часто ставят: текст специфичен именно тем, что у спектакля должен быть сильный и исторически грамотный хореограф. Ведь дело было как: на празднике, посвящённом свадьбе старшей дочери знатного сеньора молодой Альдемаро увидел младшую сестру и пропал в вихре страсти. Он - дворянин, но из сильно обедневшего рода, так что маловероятно, чтобы богач даже стал обсуждать его сватовство.

Но мгновенная страсть юноши так сильна, что мысли путаются, желания взрываются фонтанами, идея, как подобраться к девушке (почему-то ни на секунду не возникает у него сомнения, что его любовь не будет безответной= D) возникает спонтанно и сразу же осуществляется. Оказывается, папаша двух дочерей совершил промах в их воспитании: не учил танцам. И вот на свадьбе убедился, что это именно промах.

И тут откуда ни возьмись - знаменитый учитель танцев, который сходу перечисляет их с десяток:

а следом - павана, фуриозо, «круговорот», алеманда, хибао, контраданс, каталонский танец сердана, эстрамбота, мориска (и все эти танцы по тексту пьесы будут изучены и станцованы). Не каждый из них предполагает даже прикосновения между партнёрами. Вот, к примеру, павана, в современном исполнении, конечно:

Но во время учёбы учитель и его ученица Флорела остаются вдвоём, так что возможностей для признаний и ласковых взглядов полно. Однако есть ещё сестрица, буквально вчера вышедшая замуж, но уже страстно поглядывающая на одного поклонника младшей сестры. И начинается классическая комедия положений: поклонник признаётся в любви не той сестре, папаша и муж ("Любовь, конечно, рай, но райский сад/Нередко ревность превращала в ад.") слепы и тупы, в итоге честь младшей в опасности, уже и клинки зазвенели, а самого "учителя танцев" разоблачают и чуть не подставляют, как вора драгоценностей.

Но ведь тут у нас не Шекспир, и всё будет хорошо)).

Не успокоившись после Тартюфа (писал о нем здесь), Мольер будто ставит новую цель пощекотать общественную нравственность, и еще больше растлить целомудренное французское общество XVII в., где женщины «... были настолько же прекрасны, как день — долог, и могли огорошить любого на дюжине матрасов» (Терри Пратчетт). В общем, взяты был не просто вечный сюжет лицемерного попа, как в Тартюфе, а вполне себе персонифицированный образ Дона Хуана (у Мольера Дон Жуан) — абсолютно пустой внутри персонаж, занятый исключительной дефлорацией женщин разного общественного положения (Дон Жуан точно не был снобом, и относился к людям вне зависимости от богатства и статуса примерно одинаково, что выдает в нем истинного противника дискриминации) при любом удобном (и даже неудобном, что выдаёт в нем прообраз героического работника-стахановца) случае. Как обычно, Мольер опять ставит «моральную нравственность» под удар, даром, что оттащил своего персонажа подальше от Франции на Сицилию (испанская корона это вам не французская корона, она значительно дальше), где, конечно, любая женщина ляжет перед любым дворянином и раздвинет ноги, чтоб быстро скакнуть в дамки — шутка ли, продать то, что не стоит вообще ничего, за общественное положение и перспективу козырного брака.

Если в случае с Тартюфом у Мольера еще были какие-то попытки замаскировать сюжет, то здесь у нас уже полноценная «комедия нравов», и все нравственные акценты расставлены вполне себе конкретно. Вероятно, именно эта попытка ударить «в лоб» сыграла злую шутку — Мольер понимает, что переборщил, и сам снимает свою пьесу с постановки, видимо, заметив поведение аудитории. Впрочем, автора это не спасает — до конца жизни критика будет настаивать, что Мольер писал Дон Жуана с себя (вспоминаю дискуссии 90-х годов, ел ли Владимир Сорокин кал, тем самым писав «Норму» с себя, или не ел, а особо тщательные будут даже подсчитывать, сколько конкретно кала съел Владимир Сорокин — годы идут, а глубина критики не меняется), да и вообще, он тот ещё безбожник. Но если нападки на Тартюфа носили скорее общественный характер, то вот с Дон Жуаном уже все не так хорошо в художественном плане, и об этом стоит поговорить — я бы расценил эту пьесу если не как провал, то точно и не как бриллиант в короне:

1. Произведение написано прозой, и это очень сильно влияет на восприятие текста. Стихи добавляют некоторую легкость, а учитывая сам сюжет, все это напоминает бесконечную езду по колдобинам;

2. Сюжет— Мольер не автор и не первоисточник, история достаточно старая, и обросшая целым рядом сюжетных поворотов, которые даже во времена Мольера смотрятся достаточно архаично, если не сказать странно. Все эти призраки, статуи командора, непосредственное божественное вмешательство в виде прямых отстрелов молнией особо провинившихся грешников — воспринималось это уже тогда весьма сомнительно;

3. В принципе, в постановке вообще не возникает желания кому-то сопереживать, что воздвигает высокий барьер между зрителями и персонажами. Не стае же куриц, при виде барина принимающих коленно-локтевую позу? Не обиженных братьев этих куриц, при встрече принимающих точно такую же позу, что и их сестры? И даже не тихо булькающих слуг, лицемерно улыбающихся своему «господину», за глаза называя его собакой, турком и безбожником;

4. У пьесы нет нормальной концовки — возможно, такова и была задумка автора, но так бездарно всё закончить, на мой вкус, было ну очень-очень сомнительно;

5. Вкусовщина, но вынужден отметить — переводтой версии, что я читал. Возможно, я потерял хоть какое-то чувство языка, но переводчик Лихачев демонстрировал ну просто термоядерные пассажи, то мучая нас прогоном по синонимам, то прокатывая по колдобинам идущих подряд согласных — не представляю, как это бы читали со сцены. Возможно, сомнительные литературные качества перевода вбили последний гвоздь в крышку моего восприятия данного произведения.

Именно это произведение особого интереса не вызвала — ни с точки зрения персонажей (все это было), ни с точки зрения сюжета (слишком архаично), ни с точки зрения языка (тут и автор не сильно старался, будто стремясь уколоть побыстрее и побольнее, и переводчик мне не понравился). Едем дальше.

Впервые я посмотрела эту комедию в театре и она была божественна... Тонкий юмор смешался с легкой иронией, а интриги так и раскрывались одна за другой... Зрители хохотали, речи лились, признания и откровения потоком выходили из актеров, были сцены с переодеваниями. Это было в том году.

Что касается сейчас, то я прочитала оригинал и мне он напомнил те времена, когда я смотрела спектакль в театре. Сразу вспомнилась Сюзанна - белокурая красавица с нотками сарказма, Фигаро - шут, баловник и озорник, Графиня- черноволосая мудрая женщина, Граф - полный, толстый дядя, но он такой милый. Садовник вечно пьяный со своими иллюзиями и подозрениями не может пройти мимо, он тоже оставит свой след в этом сумасшедшем доме)))

Мне понравилась пьеса тем, что она передает светлую атмосферу праздника. В ней горят чувства, взрываются эмоции, есть много рассуждений, есть и немного страданий, периодически выскакивает ложь, но потом она превращается в правду.

Мы узнаем, как Фигаро появился во дворце, историю его прошлого, кто его родители и наконец, самый главный вопрос: женится ли он на Сюзанне? Именно от него идет вся суматоха, и отталкиваются главные герои.

Я рекомендую прочитать эту комедию и сходить на спектакль. Потом сравнить разницу. А разницы там никакой нет)))) И пьеса хороша, и спектакль хорош)))

Прочитана в рамках игры #Вневремениипространства.

Не знаю с чего начать... Столько мыслей в голове и все говорят о том, что пьеса скучная и неинтересная. Я читала "Собаку на сене", в этой пьесе всё проще. В "Учителе танцев" всё сложно, по крайней мере для моего мировосприятия))))

Начнём с того, что в центре повествования главную роль играет любовь. Неважно, взаимная она или нет, но очень коварная. За этой любовью скрываются злые интриги и куча нагроможденной друг на друга информации, в которой я запуталась и больше половины забывала. Для полной ясности и обдумывания после прочтения этой книги ещё и краткое содержание прочитала. Голову сломать можно от этого всего)))

Второе место после любви занимали интриги. Столько событий происходило в одном большом доме: и драки, и воровство, и гулянки в саду под луной, и даже письма передавали друг другу))) интересная жизнь кипела в большом доме)))

Что касается танцев, то танцев не было совсем. Они присутствовали от силы в двух-трех строчках, изобилуя названиями самих танцев, но все делали вид, что танцевали. 

Всем было не до танцев, ведь надо разобраться в своих чувствах, в своих родственниках, при возможности отомстить им и пострадать ещё немного, а потом написать пылкие признания в любви и развеять по ветру эту любовь.

Мне не понравилась эта пьеса. Она конечно милая, но не настолько, чтобы пробудить во мне какие-то впечатления.

Прочитана в рамках поэтического моба.