...с непринужденной скромностью, какую способно породить лишь высокомерие.

Но богини судьбы обожают устраивать гадкие сюрпризы любому, кто достиг вершин мира. Беллерофонту не удалось избежать их коварства и капризов, как не удается это никому из нас.

Посейдон был богом не только открытого океана, но и родников и ключей. Его отпрыск Пегас, вылетев из разверстого горла Медузы, впервые приземлился на горе Геликон. Ударил копытом по земле, забурлила вода и стала знаменитой Иппокреной, что означает «лошадиный родник». Геликон, как и Парнас, был излюбленным местом девяти МУЗ. Пить из Иппокрены – метафора поэтического вдохновения.

Гиганты, как вы, возможно, помните, восстали из земли на заре времен – от крови, что пролилась из гениталий первородного бога небес Урана. Таким образом, гиганты – порождение Геи, Гайя-ген, и это наименование постепенно превратилось в ГИГАНТОВ. Таким образом, «гигант» и «гигантский» буквально означают «рожденные из земли» и никакого отношения к размерам не имеют, несмотря на современное словоупотребление, а также на то, что гига- происходит от «гигантский» и ныне означает «громадный».

Атланта он нашел в жаркий полдень – сгорбленного, придавленного, изможденного.

– Иди прочь, почтенный. Иди прочь. Терпеть не могу, когда на меня пялятся.

На эдакую громадину под тяжким гнетом посмотреть, конечно, стоило. Его изображения вы могли видеть на первых картах мира, в его честь их назвали атласами. Да и воды к западу от него тоже до сих пор именуются Атлантическим океаном.

Как и большинство водяных божеств, Нерей умел произвольно менять свой облик. Знания его не имели пределов, и, как и все, кто наделен даром провидения, Нерей всегда говорил правду… Но редко всю правду, а еще реже – отчетливую, немудрящую правду без прикрас.

Геракл, как и большинство древних греков, с равным удовольствием угощался и из мужской лохани, и в дамском буфете. Племянник Геракла Иолай, а также Гилас, его оруженосец в походе за Золотым руном, – два других любовника нашего героя, или эроменои.

– Друг у меня, Адмет. Чудесный человек. Зайка.

– Я думала, он царь?

– Ну да, царь, – согласился Аполлон. – Но как человек он зайка.

– Я тебе только что ответил. «Люди добрые», я сказал. И «люди» – как раз ответ. Когда рождаются они, утром своего бытия, ползают на четвереньках, в расцвете сил – в полдень свой – ходят на двух ногах, а вот вечером жизни берут себе третью – клюку, чтоб помогала им двигаться.
– Н-но… как?…
– Это называется «разум». А теперь давай попробуем на тебе. Так-так… У кого лицо карги, тело – свиньи, крылья – голубя, а мозги – горошины? А?

Men! It’s not that they’re brutish, boorish, shallow and insensitive – though I dare say many are. It’s just that they’re so damned blind. So incredibly stupid. Men in myth and fiction at least. In real life we are keen, clever and entirely without fault of course.

Heracles, like most classical Greeks, was as happy to dine at the man-trough as at the lady-buffet.

But I hope you understand enough of the ways of the Fates and of the gods to know that only darkness and despair awaits those who believe that their achievements are theirs and theirs alone.