Рождественский завтрак. Рассказы и стихи. Вдохновляющее чтение для всей семьи

Сегодня у меня вечер рецензий на произведения русских писателей с двойными фамилиями, вот на Фёдорова-Давыдова написал, теперь очередь Никифорова-Волгина. Это писатель с трагической судьбой, после революции он, как и Северянин, оказался в Эстонии, здесь он жил, писал, редактировал журналы, а заодно служил псаломщиком в нарвском Спасо-Преображенском соборе.

Православная церковь и её история занимали важное место в его творчестве, его можно даже в какой-то степени называть продолжателем лесковских традиций в русской литературе. К сожалению, когда Эстония вошла в состав СССР, Никифоров-Волгин был арестован, этапирован в Киров и там, уже после начала Великой Отечественной войны, расстрелян как автор клеветнических книг антисоветского содержания...

Данный рассказ при желании тоже можно было бы отнести к антисоветским, хотя бы потому, что 1917-1919 годы автор называет не славными годами установления Советской власти, а годами крови. Но я бы в этом месте поспорил бы с идеологами советского строя, благо мне это делать безопасно, он же не пишет ничего плохого про Советы, а годами крови они на самом деле были безотносительно кто бы не победил - красные победили, белые ли - все одно - годы крови. Это самое ужасное, когда близкие люди убивают друг друга из-за идейных разногласий, как там Тальков пел: "и ушел воевать за народную власть со своим же народом". Так и те со своим народом воевали и эти, народ он же не един, особенно, если ему на мозги капать. А помните как в "Чапаеве": "Белые пришли грабят, красные пришли тоже грабят, ну куда бедному крестьянину податься..."

Но это не весь антисоветизм рассказа. Дело там в том, что по Руси сквозь пургу ненастья идут сразу три деда Мороза: Николай Угодник, Сергий Радонежский и Серафим Саровский - и рассуждают о судьбах России. Один говорит: "Покается!", другой - "Спасётся!", третий - "Будем молиться!"

И приходят они в Китежский лес, а там - храм, и служат заутреню. Китеж - символ ушедшей и потерянной Руси. Автор понимает, что того что было уже не вернуть, поэтому молитва святых старцев не за возврат былого, а за преображение будущего, за завтрашний светлый день на Святой Руси.

Почему-то мне кажется, что если бы НКВД не поторопился "карать железную рукой" и дал бы шанс русскому писателю Никифорову-Волгину, он бы был среди тех, кто принял новую Россию и увидел в ней продолжение традиций Великой Руси. Ведь он даже в самые трудные времена не сомневался, что стране нашей покровительствуют три великих старца, три великих защитника Земли Русской.

Прекрасный рождественский рассказ (да, у меня отчего-то уже рождественское настроение:), местами остроумный, местами и большей частью, конечно, грустный, но такой добрый и светлый, с неожиданным финалом и весьма неожиданной моралью) (и, кстати, очень актуальный в наши дни, как мне показалось).

Начну, как водится, издалека) Некоторые люди почему-то считают, что совершить добро - это значит сделать сразу же что-то грандиозное. небывалое, такой больший Подвиг (причем обязательно с большой буквы). Но нет же! Добро может быть совсем малюсеньким, крохотным (доброе слово, участие, небольшая совсем посильная помощь ближнему) куда важнее и весомее всех этих "Подвигов" (совершающихся обычно лишь в воображении, нежели в реальности, что грустно...) Добро может совершить каждый, было бы желание. На это не требуется много времени и сил, и искреннее, от всей души, а не потому что так "модно", "так принято" и "это улучшит мою карму" (добро, оказанное по принуждению, ничью карму никогда не улучшит, оно должно идти от сердца)...

Предрождественская Одесса (о, какой колоритный здесь язык использован автором), люди мельтешат. готовятся к празднику, скупают продукты.

– Так бы давно. А то стоишь и торгуешься двадцать часов. Слава богу, одним менче. «Когда же наконец послободнеет?» – спрашивал он самого себя с отчаянием в голосе. ...вытащить быстро за хвост эту подлую рыбину и сплейтовать (удрать) в порт». Конкуренция. Банабаки и буцы совсем цены сбили.

Но есть те, кому совсем не весело. Как например, паренек Сенька Фрукт, "совсем не значащая личность, червячок, пропащий гражданин Одесского порта", голодный, замерзший, грязный...

И некто Семен Трофимович Быков, одесский домовладелец, хозяин мясной лавки на Молдаванке, решил его внезапно облагодетельствовать...Пригласить к себе домой, накормить, подарить теплых вещей из одежды.

Пока Сенька возился с корзиной, Семен Трофимович разглядывал его тощую, стоявшую к нему спиной и терзаемую кашлем фигуру, профиль страдальческого лица, голую шею, присыпанную снегом, и вдруг почувствовал к нему глубокую жалость и расположение. Он вспомнил ...прочитанного на сон грядущий «Юлиана Милостивого», как тот пригрел прокаженного и как прокаженный оказался лучезарным ангелом, посланным Юлиану богом для испытания.

«А что, – промелькнула в голове Семена Трофимовича нелепая мысль, – если этот маленький, худой, оборванный человечек, возящийся над его корзиной, – такой же, как и тот прокаженный, и послан Семену Трофимовичу господом богом для испытания?» "Все равно, – подумал он потом, – кто бы ни был, а я должен пригреть его. Возьму его сейчас домой, и мы вместе встретим праздник», – решил он. От этого решения на душе у него сделалось так легко, точно он услышал великую радость.

Планы были грандиозные. Но, как водится, мечты так и остались мечтами...

Добро все-таки надо совершать по велению души, а не потому что так надо, не потому что Рождество, не потому что ты посчитал бедного человека прокаженным, посланным тебе свыше для испытания...

И вот вроде бы грустно закончилась история, грустно, да не совсем) не зря же главный герой - Семен по прозвищу Фрукт. Ну было бы из-за чего переживать, в самом деле) Жизнь продолжается, своего достоинства он не уронил и милости не выклянчивал. В любой ситуации можно оставаться человеком - сильным и гордым, несмотря ни на что)