Цитаты из книги Избранное

Папиросы-идеальный вид наслаждения. Они изысканны и в то же время оставляют лёгкое чувство неудовлетворённости.

Красивые пороки, как и красивые вещи, - привилегия богачей. Платить приходится не только деньгами.

Хочешь испортить человеческую натуру-займись её улучшением.

Хороший художник живёт своим творчеством и вследствие этого сам по себе абсолютно не интересен. Великий поэт, по-настоящему великий поэт-самое прозаичное из всех существ. А вот поэты посредственные-совершенно обворожительные. Чем хуже их стихи, тем эффектнее они выглядят.

Истинная тайна жизни заключается в поиске красоты.

Американки столь же умело скрывают своих родителей, сколь англичанки-своё прошлое.

Юность-единственное, что стоит сохранить. Когда я обнаружу, что я начал стареть, я себя убью!

Из трубы соседнего дома поднималась тонкая струя дыма и лиловатой лентой вилась в перламутровом воздухе.

Иногда чувствуешь, что только непробиваемый медный лоб и язвительная усмешка дадут тебе силы пережить этот день.

В первый же вечер тот противный старый еврей после спектакля пришёл в ложу и предложил провести меня за кулисы и познакомить с Джульеттой. Я вскипел и сказал ему, что Джульетта умерла несколько сот лет тому назад и прах её покоится в мраморном склепе в Вероне.

Я видел её во все века и во всяких костюмах.

Я постоянно слышу мнение Гарри от его друзей. Только таким путём я их и узнаю.

Грех, совершённый однажды с содроганием, мы повторяет в жизни много раз, но уже с удовольствием.

Я трепещу о радости, когда думаю, что в самый день моего выхода из тюрьмы в садах будут цвести и ракитник и сирень и я увижу, как ветер ворвется трепещущей красотой в струящееся золото ракитника, заставит сирень встряхнуть бледно-лиловыми султанами - и весь воздух вокруг меня станет арабской сказкой.

Мы называем свой век утилитаристским, а между тем мы не умеем пользоваться ни единой вещью на свете.

Мне кажется, что все мы чересчур много созерцаем Природу и слишком мало живем в ней. Теперь я понимаю, что греки удивительно здраво смотрели на жизнь. Они никогда не болтали о закатах, не спорили, лиловы ли тени на траве или нет. Но они знали, что море зовет пловца, а прибрежный песок стелется под ноги бегуну.

Слово нужно настраивать, как скрипку<..>