Когда я был фотографом

В 1816 г. Нисефор Ньепс с помощью камеры обскуры получил первые негативные фотографические изображения на хлорсеребряной бумаге, неустойчивые к свету. В 1822 г. гелиографическим методом он создал первое стойкое фотографическое изображение " Накрытый стол" (не сохранилось). Самое раннее сохранившееся гелиографическое изображение "Вид из окна в Ле Гра" относится к 1826г.

Подобно времени, высота отстраняет все вещи и показывает, каков на самом деле их масштаб относительно Истины. А следствием такой сверхчеловеческой ясности становится невыразимый восторг, охватывающий душу и освобождающий ее от всего материального. Оно забывается, как если бы его и вовсе не существовало, а затем обретает более тонкую сущность. Все отходит на задний план: заботы, горести, разочарования. С огромной высоты нисходят безразличие, презрение, забвение, а затем и прощение.

А вот вам редкий экземпляр: парижанин, который знает Париж, назубок выучил Музей артиллерии и знаком со всеми тайнами мануфактуры Гобеленов. Рядом с ним — настоящий коренной парижанин, который бросает взгляд на родной город только в моменты, когда у него случаются гости из провинции.

Фортуна - женщина, она не прощает тех, кто упускает возможности.

Идите, дети мои, развлекайтесь как следует, да не тратьте все сразу, ведь деньги стоят дорого!

В дружбе остается в долгу тот, кто дает...

Искать чести прежде выгоды - самое верное средство найти выгоду с честью.

Никогда не соглашусь, что объектив не способен передать то, что видит глаз.

Ты попусту потратишь деньги, которых у тебя нет, и заодно сломаешь шею, которая у тебя есть!

Волею судеб я оказался первым фотографом, поднявшимся на воздушном шаре.

Ничего лишнего, ничего неправильного. Большое расстояние исправляет любое уродство.

Появление дагеротипа, который справедливее было бы назватьньепсотипом, не могло не вызвать сильных чувств.

Первейшее препятствие на пути большинства новых проявлений человеческого духа заключается в том, что мы почти всегда идем к простому от сложного.

Бальзаку становилось не по себе рядом с дивной новинкой, его охватывал смутный страх перед самим процессом изготовления дагеротипа.

Своей книгой Надар одновременно провожает XIX век и напутствует тех, кто отправляется в век XX - сам он туда не едет, остается среди провожающих на перроне.