The Way We Live Now

Милое дело — читать проповеди хорошим людям, но без толку читать их дурным.

Мужчины любят, когда с ними советуются.

Без сомнения, джентльмены бывают разные, но истинный английский джентльмен - тот, кто владеет землёй, старой фамильной усадьбой, портретами предков, наследственными долгами и наследственной привычкой ничего не делать.

Молодой священник никогда не жаловался; пострадать за веру было частью его жизненного плана. Если бы он мог сменить религию, не претерпевая гонений и нищеты, это в каком-то смысле обесценило бы его обращение.

Ее жизнь была не слишком благополучна, но она стала собой, потому что всегда стояла за себя.

- Конечно, мистер Мельмотт не из тех, кого мы привыкли считать достойными представителями консервативного округа, — продолжал епископ. - Однако страна меняется.

- Думаю, она катится к псам собачьим - на всех парах.

- Мы строим церкви куда быстрее, чем раньше.

- Молимся ли мы в них, когда они построены? - спросил сквайр.

Оружие женщины - ее язык.

Все, кто связан с изданием газет, знают, что критика привлекает больше, чем восхваления, но куда опаснее. Ни одному владельцу или редактору не вчинили иск на многие сотни или даже тысячи фунтов за то, что он изобразил богоподобным крайне дурной образчик человеческого рода. Никто не требовал возместить ущерб за то, что ему ошибочно приписали высокие мотивы.

- Лондон - прекрасный город.

- Для тех, у кого есть деньги, мистер Мельмотт.

- А для тех, у кого нет денег, он лучшее место, чтобы их добыть. Вы живете в Лондоне, мэм?

- Ох, Роджер, как вы суровы.

- Человек должен быть либо суровым, либо мягкотелым - что лучше?