В могиле не опасен суд молвы

Актеры и убийцы- люди, жаждущие внимания. 

Нет ничего более смертоносного, чем острый язык под руководством благочестивого ума

Почему поэты извиняются, перед тем как прочесть свои стихи вслух? Удивительно. В Святом Танкреде мы посетили много чтений, когда поэты старались убить свое детище еще до того, как оно сделает первый вздох.

Для меня новый труп – это клубок нерассказанных историй, который просится, чтобы его распутали до последней нитки. И одновременно это пособие по реакциям разложения, что придает ему дополнительный интерес.

...Ирония — это слова из другого мира, где слова значат не то, что ты думаешь, что они значат, а это противоречие само по себе.

"Чары музыки могут смягчить душу зверя", — говорит Уильям Конгрев в пьесе "Невеста в трауре".

Предполагается, что обиженные люди должны некоторое время дуться, только не слишком долго.

Отвести глаза просто, но чтобы смотреть в лицо смерти, нужен крепкий желудок.

Поразительно, на сколько мы игнорируем наше обоняние. Мы реагируем на крайности — аромат или вонь, розы и разложение. Человеческий нос научился не обращать внимание на то, что не имеет значения.

Ужасные преступления часто происходят в мирных местах.

Яд и страсть... соединены так же тесно, как горошек и морковка.

Варианты бесконечны, и это весьма занимательно, потому что возможности намного интереснее несомненных фактов – таково мое мнение.

На случай если мы забыли, нам быстро напомнили тот факт, что наша дражайшая тетушка, как милостиво гласит Книга общих молитв, является женщиной, следующей стремлениям и порывам своего сердца.
Иными словами, это упрямая старуха, деспот и тиран.

Моя сестра выработала легкую сутулость ученого, которой особенно гордилась. «Клонюсь к земле под грузом знаний, – твердила она. – Культурная травма».

Когда планируете обман, всегда полезно выбросить дымовую завесу до того как. Если вы озаботитесь оправданиями позже, вряд ли они вам помогут.

Ничто не оживляет сонный летний день так, как загадочная смерть, не правда ли, констебль?

Снаружи царили тишина и спокойствие, идеальный английский день. Кругом ни души - и на улице, и на церковном кладбище.

И живых и мертвых свяжет
Дней летучий хоровод.
Помни: всякий в землю ляжет.
Скоро наш придет черед.

Фели получила самую лучшую спальню: комнату с низкими потолками в передней части здания, выходящую окнами на церковь. Говорят, тут однажды спала королева Елизавета I во время одного из своих многочисленных путешествий по стране.
— Есть ли в Англии хотя бы одна комната, где она не спала? — кисло поинтересовалась Даффи, но хозяин, привычный к дерзости, парировал:
— Да. Моя.

Даже приговоренный убийца имеет право на последний ужин, как бы бессмысленно это ни казалось. Насколько я знаю, на виселице еще никто не умер от голода.