Ревизор в Академии, или Пикантная особенность

Будущие боевые маги опасность чувствовали даже спиной и в тот же миг кинулись врассыпную, сливаясь с окружающей средой.
Орк в два с половиной метра ростом белкой взлетел на громадную сосну и слился с зелеными иголками, огромный тролль залез в маленькое дупло дерева. Не увидь я это своими глазами, не поверила бы. Но он решил, раз пролезла голова — пролезет и все остальное, и, видимо, прогрыз себе дорогу внутрь.
На пути к цели боевого мага ничто не остановит!
Русал вообще подпрыгнул на месте и зарылся в землю. Как?! Его же стихия вода, а не земля, но, наверное, сработал условный рефлекс нырять.

А утро началось не с чая. И даже не со звонка от Ирри. Утро началось с сирены. Такой, что я вихрем слетела с постели и первые пару секунд просто лежала на полу, зажав уши. Потом сквозь мерзкий вой пробился мерный голос Хама:
– Адепты и преподаватели АБМ, в Академии объявлены учения. Внимание, повторяю, в Академии объявлены учения сроком на три дня. Они являются решающими для проверки. Приказ всем адептам собраться со своими кураторами на главном полигоне. Время на подготовку – десять минут. Опоздавшим – штрафные очки.
Десять минут! Я вскочила и заметалась, хватаясь то за штаны, то за рубашку. Потом начала расплетать косу. А душ, а чай, а потягушки?!
В итоге в кое-как застегнутой рубашке и с криво завязанным хвостом я выскочила из комнаты за три минуты до отпущенного срока. Не успею! До полигона минут пять бежать.
А вокруг творилось нечто! Преподаватели старались упорядочить суету адептов. Но некоторые думали, что если проскользнут, то успеют быстрее остальных. Пока я спешила из преподавательского крыла через основной корпус, едва не оказалась затоптанной, притиснутой к стене и так далее. Потом взвизгнула: несколько рук вдруг подхватили меня, и скорость резко увеличилась.
– Все супер, леди Дэрин, – проорали подо мной. Мои адепты тащили меня и еще ухитрялись при этом болтать:
– Быстро добежим.
– С ветерком!
– Один за всех!
– Не подведем!
– Утрем нос некоторым!
– Н-н-не урон-н-ните ме-ме-меня! – только и смогла произнести, подбрасываемая дружескими руками.

Причем Хвенильда сразу сказала: кто будет ныть, отправится домой. Насовсем. Без возможности восстановления в учебе.
Ныть не пытались. А вот один второкурсник-гном решил, что больных не станут привлекать к учениям, и изобразил приступ золотой горячки – болезни, что поражала только его расу. Даже нашел где-то золотую пыльцу и обсыпался пятнами. После чего показался в таком виде и удрал в комнату, проорав, что на карантине.
Итог? Он влетел в портал быстрее, чем успел сказать: «Ой». Хвенильда же брезгливо вытерла сапог о траву и сообщила:
– Кто-то еще болеет?
Все вдруг поняли, что никогда не чувствовали себя так хорошо, как сейчас.