The Uncommon Reader

Я думаю, что читаю, потому что наш долг выяснить, что представляют собой люди.

Книги - это тяжелая работа.

Мы пожимали рукой в белой перчатке руки, обагренные кровью, и вежливо разговаривали с людьми, которые убивали детей. Мы с трудом пробирались через экскременты и кровь; я часто думала, что главным предметом экипировки королевы должны быть сапоги до бедер.

Книги,я уверена,вы это знаете,редко побуждают к действию.Книги,как правило,просто утверждают вас в том,что вы,возможно,не осознавая этого,уже решили сделать.Вы прибегаете к книге,чтобы утвердится в своей уверенности.

Книгам неважно, кто их читает и читает ли их вообще.

Всё таки в литературе есть что - то высокомерное.

Тут само по себе напрашивается силлогизм - если бы Джеральду было известно, что такое силлогизм, - Альцгеймер может быть у каждого, но королева - не каждый, следовательно, у королевы нет Альцгеймера.

Гендерное деление, как и классовые различия, было ничто в сравнении с бездной, отделявшей королеву от остальных людей.

Если бы Ее Величество — читатель начинающий — взялась за еще одну скучную книгу, скажем, за раннюю Джордж Элиот или позднего Генри Джеймса, она могла бы оставить чтение навсегда, и тогда рассказывать было бы не о чем.

Ей пришло в голову (как она записала на следующий день), что чтение, кроме всего прочего, это мускул, причем такой, который очевидно развился у нее. Она читала роман легко, с большим удовольствием, смеясь над вскользь сделанными Дейм Айви замечаниями (вряд ли это были шутки), на которые раньше не обращала внимания.