Чудовище и красавец

быть Доброй Феей очень сложно,
вот ждет рагу прекрасный принц,
а вот ты из тюрьмы спасаешь
девиц

быть Доброй Феей очень сложно,
пристраивай чужих девиц —
а ведь самой бы пригодился
сей принц!

Добро должно быть мудрым. Отчего-то многие думают, будто доброе сердце с легкостью заменит здравый смысл. Однако помните: подставлять спину врагам, в тридцатый раз наступая на одни и те же грабли, — признак не доброты и всепрощения, а скорее отсутствия интеллекта. Подлинное добро не имеет отношения к идиотизму.

– Белый конь – дело наживное, – подтвердила Фритта. – Если понадобится, перекрасим.
Конь на всякий случай отодвинулся от юных фей подальше. Принц – тоже, видимо, заподозрив, что следующим этапом ему предложат отрастить хвост и рога.

- Сам виноват, - в очередной раз объявила Мелюзина. Послушай, а может, и правда
оставим их здесь? В воспитательных целях.
Чтобы немного повысить моральный облик городской преступности?
Я наградила ее весьма укоризненным
взглядом.

• Сама-то понимаешь, что говоришь? Разве

Когда мы, феи, творим добрые дела, совершенно не обязательно спрашивать жертву, согласна она или нет. Остастливим в любом случае.

- Ваше Высочество, а каково, по вашему мнению, оптимальное число жен? Одна, две, или все-таки больше?

• Чем меньше, тем лучше, - откликнулся принц, вкладывая в эти слова весь сарказм, на какой был способен. - В идеале - ноль.

— Ладно, если ваша красавица спит и от поцелуя не просыпается, попробуйте перейти к более решительным действиям. Тогда авось пробудится. Чтобы заехать вам по физиономии, — мстительно добавила я.

— Если туфелька не подходит ни одной девушке, ничем не могу помочь, — отрезала я, не давая ему заговорить. — В глаза надо было возлюбленной смотреть, а не на грудь пялиться. Глядишь, и признал бы.

Потом посмотрел на меня как-то странно и, растеряв всю свою недавнюю уверенность, спросил:

• А вы действительно добрая фея?
• Добрая, - злобно подтвердила я. - Только у меня настроение плохое.