Клинок убийцы

Пусть они сомневаются. Селена в  себе не сомневалась. Она не кто-нибудь, а Селена Сардотин, чëрт бы вас тут побрал вместе с вашими богами!

Больше она не увидит его полуулыбки. Не услышит его смеха и того, как он произносит её имя. А ведь её имя значило для него несравненно больше, чем звание Адарланского ассасина.

" - Если хотите, я поищу снадобья для вашего лица.

• Пусть останется так. Для памяти.
• О чём? Или... для кого?
• Для меня."

"А если никаких богов нет, тогда... она оставалась один на один с целым миром, где не у кого искать защиты."

"Если пират узнает, что ведёт дела с той, кому ещё не исполнилось и семнадцати, его гордость получит пробоину и пойдёт ко дну."

Казалось бы, если она любит читать, почему такое же увлечение не может быть и у Фаррана? Умом Селена это понимала. И все равно было в этом какое-то чудовищное несоответствие. Она представила, как Фарран, истерзав или убив очередную жертву, поднимается из подвала к себе в комнату и усаживается в уютное кресло с книгой в руках. Селену передернуло.

— Мне нравятся эти слова, — сказала она.

— А мне нравишься ты. И всегда нравилась.

Ансель шумно выдохнула, но тут же вспомнила, что с нее может осыпаться пудра. Селена слегка подвела ей веки и сказала:
– Мое колдовство окончено. Посмотри-ка на меня.
Ансель открыла глаза, и Селена вдруг нахмурилась.
– В чем дело? – изумилась Ансель.
– Тебе придется все это смыть.
– Почему?
– Не могу видеть, как ты затмеваешь меня.
Ансель ущипнула Селену за руку. Селена ответила ей тем же, и они обе засмеялись.

– Одной Сильбе известно, какая зараза находилась на лезвии, – не унималась подавальщица.
Селена остановилась. Нынче имя богини исцеления произносилось очень редко и только теми, кто…
– Я… моя мать была целительницей и кое-чему меня научила, – затараторила девица. – Я могу… Вы мне жизнь спасли. Позвольте хотя бы так вернуть вам долг.
– Будь у тебя побольше здравого смысла, обошлось бы без долгов.

— И чего бы это не стоило, я бы предпочла тебя более тысячи обычных и необычных друзей. Я думаю, что даже если бы мы только встретились на улице, даже если бы я только что увидела тебя мимоходом, я бы знала, кто ты.
Селена подняла голову в сторону.
— Убийца?
Темные глаза Нехемии были яркими, когда она покачала головой.
— Сестра моего сердца.

Куда бы ты ни отправилась, это тебе на дорогу и на обустройство. Миру требуется больше целителей.

Любовь и ремесло ассасина несовместимы. Особенно если ассасин– женщина.

– Память о чем? – спросила Селена, пряча шкатулочку во внутренний карман.
– О том, что все имеет цену, – с печальной улыбкой ответил торговец.