Казенный дом и другие детские впечатления

Хороший сборник рассказов, но какой-то тягостный. Мне, как и почти каждому ребёнку, тоже приходилось в детстве расставаться на какое-то время с родителями и это было довольно-таки грустно, а иногда и страшно. И любое такое расставание запомнилось и оставило зарубочку на всю жизнь. Страшно мне было в больнице. И ужасно больно. Поэтому я с содроганием читала воспоминания выросших уже детей об испытаниях, которые проходила сама. Жуткая операционная, где удаляли гланды и аденоиды практически в конвейере. Я тоже это видела! Если вы не сидели в таком пыточном кресле и не видели лотков с кровавым содержимом — вы счастливчик! А мне тогда было всего восемь лет. И горькие мысли о предательстве родителей меня тоже посещали. А вот разлука из-за лагеря и санатория такого впечатления не оставила. Скучала, конечно, но не более. Но, наверное, всё ещё от самого лагеря зависело. В книге, кстати, тоже впечатления от летнего отдыха всё-таки, к счастью, менее травматичные. Да, ужасные туалеты. Да, невозможность уединения. Да, жуткий сончас. Но всё это можно пережить, не так-то и страшно.

"Получилась единая история о насилии и разных способах преодоления его последствий, об осмыслении прожитого, о становлении личности, об обретении свободы" обещает аннотация. Ничего подобного, разумеется, никакой единой истории не получилось. Собрали неглупых талантливых людей и попросили вспомнить и написать их опыт детской оторванности от дома, жизни без родителей. Они вспомнили и написали. Каждый о своем, каждый по-своему. Детский сад, пионерлагерь, санаторий, больница... В чем аннотация не обманывает: в каждом рассказе есть двое. Ребенок и взрослый. Тот, кто пережил, и тот, кто рассказывает . Ну, хорошо, не в каждом, а в большинстве. Маша Сумнина презрела задание вспомнить детство. Линор Горалик задание приняла к сведению, но не более. Некоторые другие придержали личные воспоминания для личного же употребления, отдав сборнику отвлеченную беллетризацию. Некоторые рассказы было интересно прочесть и преимущественно те, где авторы филонить не стали и в самом деле вспомнили свое детство. Оценивать сборник в целом невозможно по причине отсутствия какой-либо цельности. Разве что оценить составителя, делающую хорошую мину при плохой игре: "Читатель, вовлекаясь в эту стихию, может сопереживать, сравнивать свои собственные переживания с теми, которыми щедро и откровенно поделились авторы сборника, увлекаться разнообразными сюжетами и жизненными коллизиями,.." Читателю прежде всего придется разгребать.