Любимое слово Набокова - лиловый. Что может рассказать статистика о наших любимых авторах

Дано. Самые популярные и читаемые произведения. Плодотворные авторы разных стран. Тысячи фанфиков. Миллионы слов.

Цель. Вычислить, действительно ли женское письмо отличается от мужского? Рассчитать, можно ли распознать истинного автора под псевдонимом? Разгадать, правда ли, что у писателей имеются любимые/популярные слова? Определить, на самом ли деле английский английский отличается от американского английского? И прочие насущные вопросы.

Решение. 1. Берём журналиста с подвешенным языком, с навыками мягкого изложения сути, с задатками статистика, но который умеет сидеть на месте и делать рутинную работу. 2. Формулируем животрепещущие вопросы (см. цель), которые никого в современном мире пока не интересуют. 3. Находим многочисленные подборки популярных и знаменитых произведений. Составляем необходимую выборку из избыточной информации. Несанкционированно скачиваем выбранные книги и забиваем свободную память компьютера миллионами букв. 4. Таким же способом приобретаем необходимые для эксперимента масштабные фанфики (которые по объёму сравнятся с романами) по конкретным фандомам. 5. С помощью сторонних программ и нескольких теорий пытаемся ответить на вышестоящие вопросы, проводя в ожидании обработки внушительного количества информации бо́льшую часть времени, пытаясь в этот момент выразить очередную мысль. 6. Получив итоговые данные и ответив на вопросы, переходим к части, когда читателю необходимо предоставить наглядность, эстетичность и убедительность извлечённых сведений. 7. К каждому информационному сравнению прикладываем отображённые графики, которые подкрепят серьёзность и необычность проводимого исследования.

Вывод. В ходе испытания слова огнём и современными технологиями получилось ответить на все поставленные вопросы и вычислить любимое слово Набокова. Также из полученной информации сформулировать полноценное и законченное произведение, которое в достаточной мере удовлетворяет читательским потребностям. Удалось повысить интерес к рассматриваемой области для дальнейшего изучения новоявленных вопросов.

ЛУЧШАЯ

КНИГА

О КНИГАХ

WALL STREET JOURNAL

Я не была бы так категорична, хороших книг о чтении много, собственно - плохих-то и нет, потому что пишут их сплошь фанатики, которые дышат книгами как воздухом, а когда пером пишущего водит подлинная страсть, результат не может быть плох по определению (хотя бы даже перо сменила клавиатура). Лучшим на все времена все равно останется кингово "Как писать книги" потому что это Стивен Кинг, дети, и, ну вы понимаете.

Однако не могу не согласиться, книга хороша. Может ли статистическое исследование быть увлекательным, как детектив или приключенческий роман? Может, если автор его Бен Блатт, колумнист, книжный обозреватель "Бостон Глоуб" и "Уолл-стрит Джорнал", известный тем, что применил методы статистического анализа к художественной литературе, и результаты оказались впечатляющими.

Почему нужно избегать на письме не только прилагательных, но и наречий, и слов, выражающих превосходную степень. Почему слово "очень" и восклицательные знаки враги текста? Есть ли реальные гендерные различия в литературе и если есть, то чем женская литература в реальности отличается от мужской? Каковы любимые слова и выражения знаменитых писателей?

Ну, о Набокове вам известно из названия, это связано с его детской еще синестезией, о том, что у Курта Воннегута "такие дела" тоже можно было бы догадаться, и вообще, он из тех писателей, что любят анафору (повтор одного и того же слова на протяжении какого-то отрывка текста), в то время, как Томас Пинчон, напротив, практически никогда не начинает следующее предложение с того же слова, что предыдущее.

Отчего англоязычные американские книги "громче" британских. Как Гарри Поттер повлиял на интеграцию британского английского в американский английский. Как меняется объем книг, составляющих серию, в зависимости от ее популярности. Метод Мостеллера-Уоллеса для определения авторства по стилю и метод Флеша-Кинкейда для определения уровня сложности текста.

А вот знаете ли вы, что в современной литературе призерами премий становятся все более простые, чтобы не сказать примитивные книги, это мир глупеет или полку читающих прибывает (определяем работоспособность системы по самому слабому звену). А что "Гроздья гнева" Стейнбека по Флешу-Кинкейду имеют рейтинг всего 4,2, что не мешает книге быть великой.

Что такое клишированные выражения и так ли необходимо избегать их любой ценой? Какими предложениями начинаются успешные книги и какими заканчиваются, что можно сказать о книге, только взглянув на обложку, и много других замечательно интересных вещей, о которых вы, ручаюсь, не раз задумывались, чтобы спустя секунду забыть.

А он не забывает, дотошно и поначалу даже кажется нудновато, отыскивает ответы, анализируя тысячи книг: классических признанно великих и просто популярных. И даже сетевых фанфиков, когда это нужно для дела. Затем аккуратно вносит данные в таблицы, строит диаграммы и графики - всего этого особенно много в начале книги, и порой хочется сказать: Да верю я тебе, дружище, давай уже по существу. И тут ты, читатель, будешь неправ, "Любимое слово Набокова - лиловый" не просто развлекательный нонфикшн, но серьезное исследование nobless oblige.

Библиография в конце книги подлинная золотоносная жила для книжного червя, вроде нас с вами. А человек, равнодушный к чтению за подобное исследование и не возьмется, правда ведь?

Книга рассчитана на потенциальных писателей. Точнее, на англоязычных потенциальных писателей. Видимо, поэтому из русского заглавия (WHAT THE NUMBERS REVEAL ABOUT THE CLASSICS, BESTSELLERS, AND OUR OWN WRITING) исчезло 'and our own writing'. И это правильно.

Оказывается, наречия на '-ly' многие хорошие писатели использовать не рекомендуют. Мне хорошо объяснили, что ремесло писателя -- сущий ад. Например, издатель может заранее потребовать, чтобы все книги длинной серии имели по 9 глав и 216 или 217 страниц. 215 ему, видите ли, мало, а 218 -- много. Предложения нельзя заканчивать многоточием. Нельзя использовать восклицательные знаки. Просто возмутительно!..

Ну что ж, спасибо, что предупредили. В следующей жизни 42 раза подумаю, прежде чем ступать на стезю писательства. В этой жизни я потенциальный читатель. Когда пишу по-английски, беззастенчиво пользуюсь наречиями на '-ly' и буду делать так впредь.

И тем не менее в целом книга мне понравилась.

Некоторые главы представляют собой литературоведческое исследование и экскурсы в издательское дело. Другие чисто лингвистические, разве что лингвисты обычно исследуют не только родной язык, а много разных. Впрочем, я не сильно удивился, что для американского лингвиста в качестве иностранного языка выступает британский вариант всё того же английского. Данные всех глав опираются на статистические подсчёты, благо сегодня любой может прошерстить сто миллионов слов за несколько минут. Все эти числа повышают доверие к выводам Бена Блатта. Да и вообще мне нравятся книжки с картинками, в особенности если картинки представляют собой таблицы, графики и диаграммы. Вот типичная картинка: Это количество лет обучения в школе, которое требуется, чтобы понять книгу. (Посчитано по индексу удобочитаемости Флеша-Кинкейда.) Есть мнение, что с годами кто-то тупеет: либо писатели, либо читатели. С мнением можно спорить, но не хочется, когда они подкреплены такими картинками. Подозреваю, что дело в читателях. Писатели же вынуждены поставлять то, что народ в состоянии схавать.

Переводчик потрудился на славу и даже больше, чем требовалось. Поскольку контекст исключительно английский, по-моему, надо было и оставить некоторые слова английскими, а то во многих случаях непонятно, что имеется в виду. Вот, к примеру, слово "пожала" отнесено к женскому лексикону. И что она пожала? Плечами? Плоды усилий? Собрала урожай зерновых и зернобобовых? Думаю, там было 'shrugged'. Слово "действительно" отнесено к коротким. Уж не знаю, какое слово было в оригинале, но в переводе оно не то чтобы такое уж короткое. А уж то, что 'the' значит "тот", а 'a' = "некий", для меня чистое откровение.

Как и положено в серьёзном исследовании, в конце приведены все использованные выборки. Желающие могут пересчитать. Хорошая книга. И не только для начинающих писателей, а вообще хорошая.