В темноте реальный мир приобретает другие очертания. Как в детстве. Днём твоя комната - место для беспечных игр. Ночью - царство теней, от которых ты прячешься под одеялом.

Там, снаружи, меня ожидают преграды и препоны, но я счастлив, ибо из них, по сути, и состоит жизнь любого человека.

Ведь именно это он умел делать, это получалось у него лучше всего. Искать аномалии. Едва заметные прорехи в картине обыденности. Изъяны в сплетении вещей. Часто за ними обнаруживался тайный умысел. Дверцы, ведущие в иное измерение, тайный проход к другой истине.

Жизнь - это цепь событий, и если ты не научишься принимать скорбь, то никогда не получишь воздаяние в виде счастья.

... Потом сделал последний глоток воды и скомкал стаканчик. Наконец, чтобы не вносить свою лепту во вселенский хаос, бросил его в специальный контейнер для бумажных отходов, предназначенных к переработке.

Жизнь - это цепь событий и если ты не научишься принимать скорбь, то никогда не получишь воздаяние в виде счастья.

... Но страхи, которыми полнится мое сердце, доставляют мне невероятное наслаждение. Я и забыл, сколь непредсказуемо бытие. Там, снаружи, меня ожидают преграды и препоны, но я счастлив, ибо из них, по сути, и состоит жизнь любого человеческого существа.

Паника - настоящий яд для рассудка.

Нужно быть воистину сильным, чтобы отречься от того, что любишь больше всего на свете.

Прелесть анархии в том, что ее благами пользуются и блюстители порядка.

Мы никогда не обращаем особого внимания на детали, подумал он. До тех пор, пока они вдруг не пропадают.

– Только природный катаклизм или внезапная эпидемия могут заставить город погрузиться в молчание.

В действительности все самое плохое случается очень просто.

Ваш друг – священник? – спросил портье у Сандры. – Да, – ответила агент полиции. – Священник с пистолетом? – Да, – подтвердила она.

– Что мы с тобой оба грешники и достойны кары. Но также мы оба необходимы Церкви. Что произойдет, если из-за слабости нашей человеческой природы мы будем вынуждены отступиться от нашего дела? Что произойдет, если мы перестанем стоять на страже, препятствуя злу? Мы должны выполнять нашу миссию, мы не можем позволить себе такую роскошь, как просить прощения.

Обычные люди боятся только за собственную жизнь, но люди власти не обладают такой привилегией.
Больше всего они боятся умереть, лишившись этой своей власти.

– В былые времена в Риме жили братья, которые следили за тем, чтобы в часовнях и в нишах с образами, разбросанных по всему городу, никогда не гасли свечи и лампады. Их называли люминаристами. Они это делали не только из благочестивых побуждений. Они заметили, что при свете свечей и лампад совершается меньше преступлений. Честные люди себя чувствовали более уверенно, а злоумышленники не могли действовать под покровом тьмы. Так родилась идея освещения городских улиц.

Кукольнику выпала на долю худшая из старинных пыток. Восковая кукла.
Кончина жестокая, но в некотором роде элегантная. Связав приговоренного, его обливают сладким молоком. Потом оставляют в комнате с открытым окном. И ждут, пока слетятся мухи.

Редко встретишь убийцу с такой сложной и утонченной натурой. Презирая этого человека за то, что он сотворил, будучи миссионером, Маркус почерпнул у него чистейшие знания о человеческом духе, не запятнанные понятиями добра и зла. Эти две категории не обладали в глазах Ван Бурена ни малейшей ценностью. Он считал, будто сделался монстром не в силу своей природы, но по воле Бога.

Церковь сильна, люди, которые служат ей, зачастую слабы. Он сам – не исключение.