Ангел пригляда

Двое душевнобольных, которым испокон веку приписывается тайнознание блаженных, оказываются вне клиники, разгромленной в боях за Донбасс. Один ощущает себя архангелом Михаилом, другая — святой Екатериной Александрийской. И, как это часто происходит в пространстве гофманского двоемирия, вполне возможно, таковыми и являются. У них есть цель — прийти в столицу, чтобы предотвратить Армагеддон. Удастся ли?

Жанры

Рейтинг LiveLib

3,6

11 оценок

5
27%
4
36%
3
18%
2
9%
1
9%

Ваша оценка

Прочитали 12Хотят прочитать 51

Рецензии

Manowar7628 марта 2022 г.
Читать, читать немедля!
Ангел пригляда. Винокуров
"Смотри, Господи:
Крепость, и от крепости – страх,
И мы, Господи, дети у Тебя в руках,
Научи нас видеть Тебя
За каждой бедой…"
Вы знаете, что первое предложение романа очень важно? И мастерство писателя выражается в том числе и в умении придумать первую строку?
Помните — "Все счастливые семьи похожи друг на друга, каждая несчастливая семья несчастлива по-своему." Или — "Небо над портом напоминало телеэкран, включенный на мертвый канал".
Вот и у Винокурова почти получилось:
"Осторожно, таясь и остерегаясь, высунул доктор Ясинский нос на улицу, повел глазами налево, потом направо… Орков не было видно."
Тут тебе и нос Гоголя, и доктор Булгакова, и и орки, но не Толкина.
Браво!
Весь конец февраля и март я сознательно старался находить как можно более эскапистские книги, но в них, как назло, попадалось огромное количество злободневных спецоперационных цитат.
Я решил пойти по другому пути. Вышибить, так сказать, клин клином. И начал читать роман, действие которого происходит в разрушенном Донбассе и рассказывает о паре колоритных умалишённых.
Винокурова полюбил с первой книги — "Тёмные вершины". Как я писал два года назад про роман — "острая, 282-я, сатира. Башня «Коалиция», транспортный налог по проекту «Сократ» (от слова «сокращение». Скоро введут проект «Аристотель» – будут всех арестовывать), проработанная и логичная концепция двойников первого лица государства, триумвир и тёмный маг Чубакка Рыжий, названный так по совпадению первых букв с фамилией режеволосого российского госдеятеля, ботокс, закрытые чемпионаты по гимнастике."
За "Вершинами" прочёл "Люди Чёрного дракона" об амурском городке на русско-китайской границе. Колоритно, но понравилось меньше.
Автор китаист, один из авторов передачи "Куклы".
Первая глава — жесткая, натуралистичная "блокадная" проза. Городок под обстрелом, звероватые добровольцы с пушкой во дворе психбольницы, сердобольный доктор. После попадания снаряда в корпус больницы, всех пациентов разбирают по домам родные и сотрудники. Без пригляда остаются только отец Михаил и юродивая Катя.
Если цитировать главу, по нынешним временам на на одну статью нацитировать можно.
Во второй главе повествование круто меняет жанр и превращается в ироничный магреализм с библейскими мотивами о Договоре Высших Сил, в духе "Альтиста" Орлова или любого романа Zотова (Георгий что-то zнал?).
Московский ангел пригляда, заключённый в неказистом теле старичка Ивана Ивановича Рубинштейна, получает весть, что архистратиг Михаил сошёл на Землю. Где?
"...на Юго-Востоке Украины, или, как говорили здесь, в Москве, в Новороссии. Именно там велись кровавые бои, там день за днем в братоубийственных схватках гибли люди. Оттуда и должен был подняться Армагеддон, способный уничтожить небо и землю.
Рубинштейн покачал головой, усмехнулся невесело… Кто мог подумать, что библейская битва добра и зла не в холодном космосе развернется и даже не на маленькой, терпкой, привычной ко всему земле иудеев, а в необъятной украинской степи, ударами ракет, снарядов и минометным огнем расщепляемой теперь на кровавые атомы?"
Ангел отправляется встречать начальство.
Соседу Рубинштейна, пьющему и только что уволенному талантливому журналисту-фрилансеру Субботе, поступает заманчивое предложение от корпорации "Легион". В линии Субботы, автор, не боясь сравнения, вступает на территорию булгаковской фантасмагорической чертовщины. В хромом хилиархе с лошадиным лицом легко угадывается Воланд, в его странных сотрудниках — свита Князя.
С течением книги мифология мира романа углубляется, уходя от библейских мотивов в сторону политеистичности — существуют боги всех религий, правда, только злые демиурги, приумножающие страдания. Добрые божества — выдумка и блажь.
"– Что я должен знать?!
– Что ждет всех дальше, в самом конце. Ведь это не просто боги. Это демиурги. Они мыслят мир и тем создают его.
Он скрипнул зубами: его держали за дурака.
– Боги зла, мрака и смерти создают мир?!
– Пойми, – Диана заговорила примирительно, успокаивающе, – жизнь есть страдание и каждого ждет смерть. Боги мыслят будущее. А всякое будущее – это и есть смерть. Жизнь – лишь малый отрезок, рулетка, игра случая. Все остальное утопает во мраке.
– А как же добрые боги?
– Добрых богов в обман и утешение себе придумали люди. Их нет и не будет."
Виноградов китаист, и это заметно. В главе про инфернальный обед вдруг врезается подробная лекция о китайской кулинарии — с терминами и нюансами поедания живого крокодила, мышей и мозга обезьяны (доктор Индиана Джонс приподнимает шляпу).
Понравилась глава оммаж-подтрунивание над Борисом Акуниным, выведенным под именем Бориса Чинилина (фамилия переводится с китайского как "лихой лесной молодец", или попросту "разбойник"). Писатель обучился у китайских даосов разным штучкам, которые пригодились ему в борьбе со злом.
Во второй половине романа автора стало заносить. Ладно лекция про экзотик-кулинарию, но зачем в тексте многостраничное описание огромного ботанического сада-зоопарка, одной из локаций внутри здания корпорации "Легион"? Зачем экскурсия по старому авто- и мотопарку в подвалах Лубянки, обители Люцифера?
Подпольное заседание оппозиции в Москве доставило радость узнавания-отгадывания: из пятерых узнал всех — Быков, Лимонов (в романе Шипучин), Акунин, Немцов, Навальный (которого автор почему-то сравнил с Катаевым в молодости). Иных уж нет, а те далече. Попытке предотвращения убийства Немцова посвящена одна из кульминационных сцен романа. Сильно, почти до слёз. Мир проиграл, когда убили Немцова.
Усложняясь, роман к концу превращается в метафизический детектив. Космогония становится совсем запутанной, а оттого ужасно интересной. Все не те, кем кажутся поначалу. Сначала это вызывало недоумение и раздражение (где же простая биполярность?!), а потом восторг. Бог, архангелы, гении места, змея-искусительница, Дий-Люцифер. Но, по законам большой литературы, финал будет туманным. В психушке всё началось, в ней же и закончилось. Было? Не было?
Отличная, острая, пророческая современная проза. К композиции есть вопросы, но ничего, таланту простительно.
10(ПОТРЯСАЮЩЕ)
Узнал новые слова — колпотраж и жантильность.
Читать далее
71
449
sq21 января 2023 г.
Чего же жаждет род лукавый и прелюбодейный?
Книга вызвала разнообразные чувства и мысли. Нет сомнений, что Алексей Винокуров писать умеет. Вариации на тему Апокалипсиса и иносказательные размышления о власти местами нетривиальны. Не только Бог отвернулся от этого мира (или умер, а то и вовсе его не было никогда), но и дьявол тоже. На земле идёт новая Троянская война, вместе с украми и орками в ней участвуют и боги.

– Ну так что, брат? – нетерпеливо спросил его Гавриил. – Ты решился? Времени много, но время не ждет. Призови Отца и, когда он не явится, суди людей, как Бог, размечи эту грязную планетку в пыль, в молекулы, и воздвигнем здание новой вселенной, сияющей, величественной, справедливой, не запачканной низостью и чернотой.
Может, и правда, лучшее решение -- конец света? Как минимум одного положительного результата достигнем: всем войнам на этом настанет конец. Какая разница, кому поклоняться? А мёртвые пусть хоронят своих мертвецов.
Написано красиво.
Цитат дофига хороших.

– Народ не безмолвствует, вопит во весь голос. Но вопит те глупости, которыми его начинили…
Сегодня невозможно представить себе, что в 2018 Эксмо такое издало. Если сейчас кто-нибудь из власти это прочитает, думаю, поднимется неимоверная вонь. Слава богу, им некогда читать. Одни full-time расхлёбывают украинскую кашу, другие штампуют по несколько законов в день. Эксмо может пока выдохнуть.
Но сегодня я никому не стану советовать продолжать в том же духе. Объявят каким-нибудь агентом по законам спецоперационного времени.
Многое в книге и не понравилось. Более всего -- что автор явно взял за образец Булгакова. Выбор не худший, но...
Что бы ни говорило издательство в своей рецензии, Винокуров пока не Булгаков. Множественные параллели он провёл зря. Несмотря на всё мастерство, слогу Винокурова далеко до слога Булгакова, Коровьев превратился в темно-фиолетового рыцаря, но гаер Леонард в архангела Гавриила -- нет. Получилась пародия.
Не Садовое Кольцо, так Бульварное...

Если бы пассажиры автомобиля были москвичами, они бы изрядно удивились, отчего это в разгар буднего дня дороги все почти пустые, вместо обычных в это время пробок.
(Да, следует отметить первую странность этого страшного майского вечера. Не только у будочки, но и во всей аллее, параллельной Малой Бронной улице, не оказалось ни одного человека. В тот час, когда уж, кажется, и сил не было дышать, когда солнце, раскалив Москву, в сухом тумане валилось куда-то за Садовое кольцо, — никто не пришел под липы, никто не сел на скамейку, пуста была аллея.)
Обезьяна, знаете ли, похожа на человека и тем отвратительна, -- и тут тот самый случай.
Изнурительные экскурсы в ботанику, ихтиологию, автомобилестроение и китайскую культуру напоминают раннего Лема. Они были излишни у Лема, а у Винокурова -- вдвойне. Создаётся впечатление, что я заблудился в Википедии.
Зачем это? Не иначе, показать образованность...
Первые 2/3 книги история выглядит витиеватой, но обоснованно витиеватой. Чем дальше, тем интереснее. Однако в последних главах иносказание сменяется бредом. Рецензия редакции утверждает, что

Он напоминает о самом важном, причем говорит об этом понятным для современника языком.
Может, я не современник? Как по мне, к этому больше подошло бы предупреждение Воланда Иммануилу Канту:

Вы, профессор, воля ваша, что-то нескладное придумали! Оно, может, и умно, но больно непонятно. Над вами потешаться будут.
Плюс голливудский боевичок без Джеки Чана:

Спасла капитана привычка к постоянному перемещению во время боя. В миг, когда нож только начал вычерчивать смертельный свой зигзаг, он уже катился по полу к противоположной стене, чтобы, оттолкнувшись, взмыть в воздух и нанести сверху неотразимый удар ногой – теперь уже по лисолицему адъютанту. Тот устоял, но попятился, зарычал от злобы.
Такого там много страниц -- неизвестно зачем. Чтобы и подростка порадовать в случае чего? И благословлённый самим архангелом святой коньяк. Это без комментариев...
И вот эта актуальность политической повестки...
Центральное событие книги -- Немцов мост. Борис Ефимович и правда был лучшим оппозиционером нашего времени. По крайней мере, он был приличным человеком, за такого и проголосовать бы не грех.
Однако при всём моём к нему уважении, его смерть на мосту не есть катастрофа вселенского масштаба. К 2015 году всё главное уже было сделано и опечатано.
И про больного ребёнка автор забыл. Столько букв посвятил невинному младенцу... Впрочем, на фоне апокалипсиса немудрено.
В целом книга хорошая. Прочитать её стоит.
Но Люди черного дракона лучше в 56 раз.
Читать далее
24
429
majj-s11 января 2019 г.
Тот. кто смотрит
Ты классиков почитай, что пишут. Вот «Белая гвардия», например. Нет такого языка, украинского. Нет и никогда не было
Это кто ж такое сказал, Лев Толстой, что ли?
Не Лев никакой, Это Булгаков. Тоже классик.

Алексей Винокуров, который написал вошедших в шорт Большой книги «Людей черного дракона», делал с Шендеровичем сценарии для «Кукол» и работал на казахстанском «Тане». Я в то время уже жила в России, но Казахстан навсегда останется родиной и всякого, кто трудится к его вящей славе, ценю. Не вполне разобралась в хронологии, что раньше: «Ангел пригляда» или «Люди черного дракона». Мне кажется, что «Ангел», хотя книга вышла в 2018, но по некоторым косвенным признакам, которые для опытного читателя как разноцветные камушки, набросанные на тропинку, делаю вывод, что он написан раньше.
Есть разница? Думаю, да. При всем уважении к «Памяти памяти» Марии Степановой, у амурской саги Винокурова было бы больше шансов забрать приз, когда бы общего впечатления от претендента не испортило вопиющее непопадание «Ангела пригляда» в генеральную политическую линию. Так-то я от политики далека, но для понимания, что автор книги о донецкой войне, который называет противоборствующие силы украми и орками, вряд ли может претендовать на признание своих способностей и достижение начальством, не нужно быть политобозревателем первого канала.
Это очень сильно начинается. Смело, бескомпромиссно, пронзительно откровенно. Доктор из психоневрологичекого диспансера в городе, который по часам («хроника объявленного убийства») обстреливает украинская артиллерия - российская отвечает не по часам, а по факту, но горожанам от этого не веселее. Завотделением доктор Ясинский идет в аптеку за лекарствами для своих психов. Нет, так не положено, но что делать, если галоперидол не поступает с гуманитарными конвоями, а без препаратов да в экстремальных условиях у больных серьезные рецидивы. Договариваться о поставках через параллельные каналы, которые всегда существуют.
Самых тяжелых вывезли на большую землю. Главврач, который сопровождал транспорт, обещал возвратиться за остальными, да так и сгинул: то ли не доехал, то ли возможности нет вернуться, а скорее всего запил со страху. И вот он идет, смертельно боясь покидать обманчивую надежность здания, которое до сих пор не обстреливали. Эта первая глава жемчужина книги. Вы можете не ставить себе цель прочесть роман целиком, но очень сомневаюсь, что у вас хватит духу отказаться после первой главы.
Мне бы хотелось сказать, что дальше будет лучше или, по крайней мере, так же хорошо. Но дальше начнется булгаковщина не безупречного вкуса. Я понимаю, что две темы, на перекрестье которых развивается действие романа, взывают к Михаилу Афанасьевичу: война, русских и украинцев («Белая гвардия»); нисхождение в реальность божественных и демонических иерархов («Мастер и Маргарита»). И понимаю, что постбулгаковской литературе трудно, почти невозможно не делать мэтру реверансов, даже и случайно оказавшись на его территории. Тем более, что это автоматически оживляет любой текст. Пусть не каждый, как ваша покорная слуга, цитирует МиМ погонными километрами, но на пару-тройку-полдюжины цитат радостным узнаванием откликнется всякий.
Я отдаю себе отчет, что любая оценка грешит субъективностью и возможно я неправа. Одно могу гарантировать – скучно не будет. Но слишком буквально понимать то, что пишут классики, ей богу, не нужно.
Читать далее
21
660

Все рецензии

Цитаты

telans1 января 2019 г.
Ну, от местных особой прыти и так не ждали, настоящих ополченцев поставляли из-за границы, но все равно было странно даже оркам…
– Что вы за люди такие? – выговаривали они местным, гулко акая по московской спальной привычке. – Земля ваша стонет под игом хунты, а вы попрятались и воевать не хотите…
– Та шо нам воевать, эта хунта нам не шьет, не порет, – непоследовательно, мягким говорком отвечали местные. – Дураки мы, чи шо?
Разговоры такие взаимной радости не добавляли. Орки презирали местных, местные тихо, люто ненавидели орков. Все же вместе на дух не переносили жутких киевских укропов, которые спали и видели, как растоптать весь Юго-Восток.
Читать далее
1
172
telans1 января 2019 г.
Ясинский, мало на что надеясь, пару раз все-таки ходил к оркам, упрашивал их отойти подальше: боялся, что не выдержат укры, помолясь, долбанут по больнице, разнесут все к чертовой матери. Орки смотрели снисходительно, посмеивались, скребли в грязной пороховой щетине, но от тактики своей отказаться не желали. Такая, говорили, наша стратегия. Мы, говорили, жизнь свою должны беречь, чтобы вас, дураков, спасти от фашистов и жидобандеровцев.
– Видал, лупят по городу почем зря – по жилым кварталам, кстати сказать?! – спрашивал доктора главный орк, больше на гоблина похожий, или даже на тролля: лысый, пузатый, в желтоватом камуфляже и с гнилыми зубами во весь рот.
– Так вы же первые по ним отсюда стреляете, – осторожничал Ясинский.
– Мы – совсем другое, – терпеливо объяснял дураку пузатый. – Это наша стратегия такая: жизнь свою беречь. Укры ведь не станут по дурдому шмалять, их за это гейропа не похвалит. Мы же отсюда будем по ним мочить вполне безнаказанно. А вы, лепилы, лучше бы нам спирту отлили, как добровольным защитникам вашей вонючей родины, ну, и вашим личным ангелам-хранителям, если что…
Читать далее
1
149