Испытания Аполлона. Тёмное пророчество

Я прислонился к стене, стараясь выглядеть беззаботным, привлекательным и изысканным. К несчастью, я промахнулся мимо стены.

И я опять сам не знал, почему решил заговорить. Это противоречило моей главной цели – всегда оставаться популярным и быть в безопасности.

— Будем действовать по методу Вальдеса.
— Что ещё за метод Вальдеса? — нахмурились Мэг.
— Не думать слишком много, — объяснил Лео. — Это только расстраивает. Лучше вообще не думать.

— Коммод винит меня в своей смерти, — сказал я.
— Почему? — спросила Мэг.
— Наверное, потому что я убил его.
— А, — понимающе кивнул Лео. — Теперь понятно.

Если император был тем, о ком я думал, значит, его церемония предполагает убийство тысяч человек и животных. Такому, как он, лучше не доверять организацию детского дня рождения.

Вам знакомо чувство, когда вы подозреваете, что тысячи лет назад у вас родился ребенок, но вы все ещё сомневаетесь, отец ли вы ему на самом деле? А потом вы смотрите ему в глаза и понимаете, что сомнений быть не может – он ваш сын! Уверен, многие меня поймут.

— Не испытывай мое терпение, Вальдес. Когда снова стану богом, превращу тебя в созвездие и назову его «Мелкий взрывоопасный латинос».

Дверь рядом с кладовкой распахнулась, и вбежал Лео, торжественно держа над головой круг сыра словно лавровый венок победителя.
— УЗРИТЕ ЧЕДДЕР! — проаозгласил он. — ДА ЗДРАВСТВУЮТ ПОКОРИТЕЛИ СЫРА!

Что тут скажешь — люди! Даруешь вам бессмертие и божественную силу — а вы готовы променять их на любовь и чердак в центре Индианаполиса. Какая наглость!

— Силы Гефестовы! — Лео подбежал к Калипсо. — Дамочка, — обратился он к катящейся голове Нанетт, — вы своим лицом сломали руку моей девушке!