Цитаты из книги Three Comrades

Человек всегда велик в своих намерениях.Но не в их свершении

-Это мой друг – сказал я девушке. – Товарищ по фронту. Он единственный человек из всех, кого я знаю, который сумел из большого несчастья создать для себя маленькое счастье. Он не знает, что ему делать со своей жизнью, и поэтому просто радуется тому, что все еще жив.

Ром был крепок и свеж, с каким-то солнечным привкусом. Он как бы служил мне какой-то опорой.

Благоговение к памяти умерших - это не что иное, как сознание вины перед ними.

Ведь проститутки - это самые суровые и самые сентиментальные существа.

Стефан сиял. — Ты так хорошо смеешься, — восхищенно сказал он, — люблю, когда хорошо смеются. А я слишком легко поддаюсь грусти, это мой недостаток. — И мой тоже, — ответил Ленц, — потому я и смеюсь.

— Хотите фокстроты? — спросила она. — Нет, — ответил я. — Я не танцую. Она подняла на меня удивленные глаза: — Вы не танцуете? Позвольте, но что же вы делаете, когда идете куда-нибудь с дамой? — Устраиваю танец напитков в глотке. Получается неплохо. Она покачала головой: — Мужчине, который не умеет танцевать, я бы сразу дала отставку. — У вас слишком строгие принципы, — возразил я.

Потом я пошел обратно. По пути я вспомнил все, что надо было ей сказать, — много прекрасных слов. Я брел по улицам и думал, как много я мог бы сказать и сделать, будь я другим.

На мгновение я обнял ее, почувствовал ее дыхание, шелковистые волосы коснулись моих губ, — но через секунду она снова зассмеялась, и я отпустил ее. Я отпустил ее; но что-то во мне не могло расстаться с ней.

Я дал ей огня. Теплое и близкое пламя спички осветило на мгновение ее лицо и мои руки, и мне вдруг пришла в голову безумная мысль, будто мы давно уже принадлежим друг другу.

Но насчёт лени ещё далеко не всё ясно. Она – начало всякого человеческого счастья и конец всяческой философии. Полежим ещё немного рядом. Человек слишком мало лежит. Он вечно стоит или сидит. Это вредно для нормального биологического самочувствия. Только когда лежишь, полностью примиряешься с самим собой.

Наивность, сказал я, Робби. Только завистники называют ее глупостью. Не обижайся на них. Это не недостаток, а, напротив, достоинство.

Но , деточка ! Так ведь это же все обман . Чудесный обман, придуманный мамашей природой. Погляди на эту сливу . Ведь она тоже обманывает. Притворяется куда более красивой, чем потом окажется. Ведь было бы отвратительно, если бы любовь имела хоть какое-то отношение к правде. Слава богу, не все ведь могут подчинить себе эти проклятые моралисты.

Мы стареем только из-за памяти. Мы слишком мало забываем.

"Может быть, никто из нас не умеет любить. То есть так, как любили прежде."

"Я знал эту историю. Речь шла о том, как сложилась бы ее судьба, не выйди она за Хассе. Ту же исторю я знал и в изложении самого Хассе. Речь шла опять-таки о том, как бы сложилась его судьба, останься он холостяком. Вероятно, это была самая распространенная история в мире. И самая безнадежная."

-Ты так хорошо смеешься, - восхищенно сказал он, - вот за это люблю. А я чаще грущу, это мой недостаток. -И мой тоже, - сказал Ленц, - оттого-то я и смеюсь.

Он вернулся - человек, который позволял ей отдавать свои деньги, который пропивал их и потом колотил ее. Она была счастлива.

Самая тяжелая болезнь на свете это привычка думать. Она неизличима.

В жизни побеждают люди не мудрствующие, все же прочие видят слишком много препятствий и теряют уверенность, не успев ничего начать.