The Road Back

— Ну вот: стоит только юбке вмешаться, и всей дружбе конец. Помяните мое слово!
— Ерунда! говорит сапер и протягивает Вилли сигарету. — Бабы — это полжизни. Только всему своё время.

— Я думаю, Георг, что мы больны. Война еще слишком глубоко сидит в нас.
Рахе кивает:
— Мы от нее никогда не избавимся.
— Избавимся, — говорит Людвиг, — иначе все было бы напрасно.

... к хорошему солдаты всегда относятся с недоверием, и правильней с самого начала рассчитывать на худшее.

Раньше я бы, конечно, не позволил себе смеяться над отцом. Но почтение к старшим испарилось в окопах. Там все были равны.

... иная девица, сидя за столиком, кажется грациозной ланью, а танцует как беременная слониха.

... как хорошо было бы, будь все как следует.

Я пытаюсь его утешить. Но он глядит в сторону. Мои слова его не убеждают, но мне они приносят облегчение. Ведь так всегда бывает, когда утешаешь.

Что мне сказать? Если шрапнель попадет в голову ротмистра, то ротмистр точно также испустит дух, как и всякий смертный.

Своим движением вперед мир обязан лишь плохим ученикам.

— Ну вот, Вайль, вы и дождались своего времечка.
— Что ж, оно не будет таким кровавым, — спокойно отвечает Макс.
— И таким героическим, — возражает Хеель.
— Это не все в жизни, — говорит Вайль.
— Но самое прекрасное, — отвечает Хеель. — А что ж тогда прекрасно?
Вайль с минуту молчит. Затем говорит:
— То, что сегодня, может быть, звучит дико: добро и любовь. В этом тоже есть свой героизм.