Токсичные абьюзеры
kirhonor
- 21 книга

Ваша оценка
Ваша оценка
Это большой прорыв, осознать, что ты чужой для своей семьи ребенок. Потому что следующим пониманием будет то, что тебя не любили. Наверно это очень страшное понимание. Но когда оно приходит после мысли, что ты чужой ребенок - оно совершенно не пугает. Не любят чужие люди - ну и что?

Однажды в диалоге с кем-то в Живом Журнале – а обсуждали книги советских времен, мы с собеседником вышли на тему – откуда они берутся, токсичные родители. И незнакомый мужчина думал, как и я. В его жизни и опыте окружающих его людей все было точно так же: бабушка, сильная, пережившая войну, ее ребенок, которому пытались возместить тяжелые времена и собственные военные потери, который получил кривое представление о жизни. Эти дети выросли под девизом «все лучшее – детям». (Этот же девиз мама декларировала мне всю жизнь. На основании того, что она это декларировала, считалось, что она любящая мать, а мне досталось все лучшее.) Они не перестали быть детьми где-то у себя в голове. Они по всей стране заводили детей и сплавляли их бабушкам, которые продолжали обеспечивать жизнь своих детей лучшим из того что было – отпусками, овощами с огорода, дачами, построенными своими руками, сшитыми для них пододеяльниками или пригретыми теплыми местами и воспитанием за них их собственных детей.
К моменту, когда бабушки становились старыми и немощными – подрастали мы, дети. Было кому передать знамя заботы.
И их миллионы, этих вечных детей, рожденных не обязательно в войну или после нее, главное, убежденных в том, что раз для них изо всех сил стараются, значит они, бедняжки. А раз они бедняжки, значит для них стараются недостаточно. И чем больше их любят – тем более они недолюблены, чем больше о них заботятся – тем больше перед ними виноваты. Интересно, когда сейчас они чувствуют, что «моя-то жизнь заканчивается» – они повзрослели? Или снова нет? И на полном серьезе ждут, что им дадут еще одну жизнь? Чужую.

Следом за страхом пришел гнев. Я не хотела, чтобы меня прощали! Я хотела, чтобы меня поняли. Услышали. И признали, что вместо того, чтобы прощать, нужно исправлять причинённый вред.















