Цитаты из книги Черновик

Я оглядел четыре неподвижных тела. У одного нож в сердце, у другого сломана шея, двоих я проткнул. Кажется, одного насквозь. Это с какой силищей надо было ударить? Я с легким ужасом посмотрел на собственные руки. Так захочешь в носу поковыряться и полголовы оторвешь…

"Обычно мы – герои сопливых мелодрам, где нет ни прекрасных принцесс, ни отважных рыцарей; нудных производственных романов, в которых никому не нужен твой трудовой подвиг; буффонад, где в роли паяца – ты и никто другой".

— Весь мир состоит из символов, а наша жизнь — тем более!

«…женщина, пьющая чай, была настоящей. Обычной. Самые обычные и банальные вещи — они-то как раз и есть настоящие. И даже эта мысль настоящая — потому что банальная донельзя…»

«Все писатели-фантасты — очень здравомыслящие люди. Они просто развлекают людей. Ну… еще немного экстраполируют реальные житейские проблемы на фантастическую ситуацию — чтобы читать было интереснее.»

Логика есть всегда! Если ее нет, то, значит, мы не понимаем происходящего.

Для молодого и здорового мужчины есть много способов проснуться. Самый приятный - это когда тебя целуют в ухо и нежно говорят "Дорогой... Спасибо, это была незабываемая ночь..." Как ни странно, самый ужасный - точно такой же. Только голос при этом мужской и говорит с кавказским акцентом.

Вкалывая ничего не подозревающей мышке смертельный яд, экспериментатор может искренне любить животных.

Настоящий страх рельефен, четок и задействует тебя полностью. Ты его видишь, слышишь, обоняешь и осязаешь. Ты можешь его попробовать на вкус.

Больше всего на свете я ненавижу два вида домашней работы - это мыть полы и гладить одежду. Но если вопрос глажки можно окончательно решить, перейдя на джинсы и свитера, то от мытья полов избавит лишь домработница. Или жена.

— Я знала одного парня, математика, — кивнула Настя. — Он ехал в поезде и влюбился в проводницу, потому что она поддержала беседу о функционалах. О математических, конечно. Они с поезда сошли вместе и чуть не поженились. — А что помешало? — Не помню. Кажется, она совершенно не разбиралась в тензорном исчислении...

По этому поводу Котя заметил, что самое главное в жизни человека – исполнить свое предназначение, об этом даже писал великий мыслитель Коэльо.

– Зачем им все это? – неожиданно сказала Настя. – Если у них так все здорово, если они такие могущественные… Могли бы жить по-человечески. Дружить с нами, а не эксплуатировать.
Я вдруг понял, какая она все-таки еще девчонка…
– Настя, по-человечески – это и значит эксплуатировать. К сожалению.
– Так не должно быть.
– Но так есть.

Мы ведь все постоянно всё забываем. Это нормально. Если информация лишняя, если не используется, то мозг ее стирает… ну или откладывает куда-то в долгий ящик.

"Как известно, если ты понял, что сделал глупость, то сокрушаться малопродуктивно. Куда полезнее не повторять этой ошибки".

У нас есть хотя бы иллюзия, что мы рождаемся не только для того, чтобы стать звеном в цепочке поколений и лечь в землю. У кого-то иллюзия денег, у кого-то иллюзия власти, у кого-то иллюзия творчества.
Отсюда, наверное, и смущения при встрече с людьми, уже утратившими свои иллюзии, чья жизнь свелась к простейшим функциям: есть и пить, спать и совокупляться, затуманивать разум алкоголем или наркотиками.