
Электронная
449 ₽360 ₽
Это бета-версия LiveLib. Сейчас доступна часть функций, остальные из основной версии будут добавляться постепенно.

Ваша оценкаЖанры
Ваша оценка
Вы можете закидать меня тапками, но единственное, что мне не понравилось в сборнике, так это "Джентельмены удачи". Сам сюжет не интересен, очень скучен, а порой засыпать под него захотелось. Перевоплощение директора детского сада в авторитетного бандита показалось мне неестественным и слишком быстрым. Это каким хорошим актерским талантом надо обладать, чтобы из скромного преподавателя стать похожим на вора. И главное, ничего не бояться) Да, великое произведение по которому сняли фильм, не впечатлил и не вдохновил меня. Ни воры, ни их путешествия, ни дача. Ничего.
Сначала пройдемся по киносценариям, раз уж начала с "Джентельменов удачи". Следующее произведение называется "Вместо меня". Сюжет интересный, закрученный. В нем есть немного театра, немного путешествия, немного наркотиков, а также хэппи энд. Главный герой Дима - неудачник по жизни. Он пишет пьесы, но проблема в том, что их реализовать на сцене он никак не может. Чтобы заработать денег, мужчина устраивается работать к пожилому человеку и как джинн выполнять все его желания, прихоти. Денег у старичка много, поэтому авантюра заманчива. Что касается наркотиков и мафии, то они есть, даже сыграют свою значимую роль в этой заварушке, поэтому скучать не придется. Если сравнивать с "Джентельменами удачи", то у автора этот киносценарий вышел намного интереснее и захватывающе, так что стоит с ним ознакомиться.
"Шла собака по роялю" - тоже киносценарий, но в нем романтический и музыкальный уклон. Главная героиня - девушка Таня. Она работает почтальоном, хорошо поет песни. Тане придется столкнуться с нелегким выбором между двумя молодыми людьми. Кого же она выберет?
Пьеса "Ну и пусть" романтична на свой лад. В ней есть и любовь, и дружба, и семья. Главной героине Лариске придется сделать важный шаг в своей жизни. И она его сделает. А музыка только дополняет фон пьесе, сделает ее музыкальней и драматичней.
Рассказы "Немножко о кино", "Мой мастер", "Один из нас" повествуют нам о студенческой жизни Виктории Токаревой, ее взаимоотношениях с преподавателем Катериной Градской. Мы узнаем как Виктория писала свои произведения, как она ходила по издательствам журналов, чтобы ее напечатали и что из всего этого вышло.
И еще два рассказа "Розовые розы", "Уик-энд" рассказывают о жизни простых женщин, которые любили, верили, давали волю воспоминаниям и чувствам. В "Розовых розах" женщине по имени Лилек курьер принес розовые розы в честь ее дня рождения. Получив цветы, Лилек начинает думать, кто же ей отправил цветы? Затем она отправляется в свои воспоминания, в которых она любила, надеялась и так ждала... Сильный рассказ, мне он очень понравился... В "Уик-энде" две женщины отдыхают на загородной даче и у каждой найдется время, чтобы опуститься в мысли, воспоминания и пережить то, что они пережили до этого дня.
Действие рассказов, киносценариев и пьесы происходят в в 20 веке. Этот сборник создан, я так думаю, для того, чтобы женщины разрешили себе маленько помечтать, проанализировать свои мысли, может быть на страницах книги они найдут себя в каких-нибудь поступках и т.д. Либо эти воспоминания Виктория запечатлела из своей жизни, хотя наверно, это так и есть.
Все произведения написаны по-простому, слог легкий, читается хорошо. Мне понравился сборник.

Виктория Токарева Кошка на дороге (сборник)
Повести
Длинный день
Старая собака
Еxал Грека
Рассказы
Когда стало немножко теплее
Сразу ничего не добьешься
Фараон
На каникулах
Рождественский рассказ
Сказать – не сказать…
Дом генерала Куропаткина
Здравствуйте
Кошка на дороге
Любовь и путешествия
Зигзаг
Наxал
Нам нужно общение
Pарака
Пираты в далеких морях
Я не очень люблю рассказы и не такой уж большой поклонник творчества Виктории Токаревой. Но вот иногда хочется такой простой, непритязательной литературы. Об обыкновенных людях, о событиях без событий — о повседневной жизни.
Кто-то брезгливо поморщится: вот ещё! Очень надо о каком-то сантехнике Васе читать или тёте Маше из соседнего подъезда. Я вон о высоком читаю, о сложном думаю!...
Пусть так. А я считаю, что такие книги нужны. Мы в бешеном ритме нашей жизни про родных частенько забываем, позвонить лишний раз не успеваем. А уж по сторонам посмотреть, задуматься о тех, кто живет рядом с нами, проходит мимо, обслуживает нас в магазинах, банках, поездах, самолётах — некогда, некогда, некогда.
Вот Токарева меня в этот раз и тормознула. Разные сюжеты, разные истории, разные люди...
Очень неплохо. И улыбнуло, и погрустила, и задумалась. Качественная женская проза.

XX век – век свободы слова не только в СМИ, но и в книгах, качество которых существенно изменилось. Теперь, в веке XXI, все еще хуже. Временами можно наткнуться на такое, что мама не горюй. Зато есть конкуренция. И именно из-за нее книги некогда популярнейших российских писательниц Токаревой и Щербаковой отошли куда-то на второй, а то и на третий план. Не актуально, скучновато, а местами чересчур дерзко, как подумаешь о возрасте написавшего. И все-таки мы их читаем. Потому что Токарева и Щербакова летописцы тех времен, которые я и мои ровесники уже почти не застали. Подцензурные летописцы, но летописцы.
Виктории Токаревой в таланте не откажешь. Она из тех литературно одаренных личностей, чьи работы если не читал, то видел каждый. Как раз фильмы по ее сценариям стали таки классикой, чего не скажешь о малой прозе, в которой предпочитает творить автор. Она просто устарела, стала мало кому интересной. И сколько раз я испытывала одно и то же чувство с ее книгами: беру в руки, читаю первую строчку – и меня уносит поток красивых, очень русских, но резковатых фраз, дерзкая манера описывать события, да и сами события тоже. Но через какое-то, весьма непродолжительное, к сожалению, время как будто дурман перестает действовать, возвращаешься рывком в реальность и задаешься вопросом «зачем?». Зачем я это сейчас читала? Не люблю семидесятые-восьмидесятые-девяностые годы вообще, и в нашей стране в частности особенно не люблю. Мне не близки те бабы (о, как я ненавижу это слово, но по-другому и не скажешь!), за судьбами которых предлагает следить Токарева. Да и слог, будем откровенны, не настолько прекрасен, чтобы читать исключительно ради него. И сколько пошлой сексуальности! Я не ханжа, меня не коробят у многих авторов все самые неприятные описания любых естественных процессов, я не впечатлительна до крайности, но именно в прозе Токаревой и Щербаковой мне не просто «режет глаз», мне его вырывает со всеми нервами, и я слепну на несколько дней, оглушенная болью и омерзением. Может, потому что в России секса не было. Но скорее всего от своих, родных и домашних, Токаревой-Щербаковой читать какие-либо интимные подробности все равно, как если бы мне их рассказывала из собственной жизни кровная бабушка. Противоестественно как-то и все тут. А еще не люблю про изнанку театра-кино-телевидения. Даже не рассказы про баб, а из жизни самой Токаревой. Возможно, автобиографичные на сколько там процентов. Но неинтересно это! (Здесь и Рубину можно вспомнить со сборником «Больно только когда смеюсь»). Надо быть совсем сумасшедшим поклонником, чтобы читать такое и умиляться или восхищаться. В те годы понятно, выбора то у советских женщин не было, а сейчас – увольте. Трата времени. Это, конечно, стопроцентное ИМХО. Однако so many books, so little time.
Виктория Самойловна Токарева культовая писательница своего времени. Но из тех, которые никогда не войдут в классику, несмотря на популярность у современников. Их место где-то между великим, средними и плохими. И это тоже признание. Не каждый заслуживает даже такого. А мы, читательницы, все равно иногда между другими книгами будем поддаваться настроению, да и уноситься с прозой Токаревой в уже неблизкие восьмидесятые и девяностые годы прошлого века, чтобы, внезапно вынырнув в действительность, задать тот самый сакральный вопрос: «Что это было?».

А Маша отличается от других жен тем, что она меня любит. За это она – моя жена.

... Может быть, выводил теорию относительности, забыв, что ее уже однажды открыл Эйнштейн.

Ирка завизжит. У нее преобладает первая сигнальная система. Реакции примитивные.
Гена восхищенно выругается. Он ругается во всех случаях – и когда сердится, и когда радуется.














Другие издания

