Тысячный этаж

Горькая участь победителя. Когда получаешь желаемое, то понимаешь, что ждал совсем другого.

– Ты идеальная.
Парень хотел поцеловать ее, но Эйвери отпрянула.
– Никто не идеален, и тем более я, – возмутилась она, слегка смущенная его заявлением.
Атлас знал, что не стоит говорить ей подобные вещи. В этом она могла на него положиться.
– Прости. Мне следовало сказать, что ты – мой идеал, – поправился Атлас.

– Я ничего не забыл. Как можно забыть поцелуй любимой девушки?
У Эйвери перехватило дыхание.
– Я тоже тебя люблю.
Наконец она произнесла это вслух.

– Иногда любовь и хаос – это одно и то же.

– Я бы приготовил для тебя что-нибудь, но на кухне я могу либо разморозить вермишель, либо выставить себя полным дебилом.
– Ты заслужил ту пощечину.

Люди из верхов считали, что трудности жизни не про них, что благодаря своим деньгам и связям они вознесены над низменной землей на несколько миль. Но они ошибались.

Любовь и доверие – разные вещи.

Чувствовал ли себя кто-нибудь так же – одиноким, на грани истерики, бегущим от непонятного страха?

– Не кажется ли тебе иногда, что другие считают, будто знают тебя, а в действительности не понимают о тебе самого главного?

Скрытность его натуры доводила ее до бешенства.