Когда я только-только начала подвизаться на литературном поприще (это были высокорейтинговые фанфики про Тора и Локи), то мне был дан совет, простой и прекрасный в своей гениальности.
Он звучал так: "Пиши для умственно отсталого ребенка".
Плевать, что ты пишешь порно без сюжета. Плевать, что ты пишешь очень кинковое порно без сюжета с рейтингом NC-17 (а надо бы 21). Твоя целевая аудитория - умственно отсталый ребенок примерно лет пяти. Ему все надо объяснить, рассказать, показать, объяснить еще раз и разложить по полочкам, а потом на всякий случай в эпилоге еще раз объяснить.
Конечно, совета я не послушалась. Мне было 23 года, я жаждала новых форм и изысканных метафор. Мне хотелось поднять порево по Марвел на новый уровень. Меня ждал полный провал.
Будь я поумнее (а потом я стала поумнее), я бы поняла, что жить надо так, как будто твоя ЦА - умственно отсталые дети лет 5. Только так я могу объяснить то, что... А все я так могу объяснить.
Этим можно объяснить буквально любой процесс, происходящий в обществе: от концлагерей до популярности мемов с жабами и Олечки Б*зовой. Умственно отсталый ребенок лет пяти. Хочешь добиться успеха в чем бы то ни было - держи в уме этот образ. Маленький человечек пускает слюни, мажет стены руками, испачканными в шоколаде, и хочет сладенького побольше да картинку поярче. И никогда - это тоже важно, очень, если ты стараешься думать на перспективу - никогда не будет нормальным.
Пожалуйста, господа присяжные, не воспринимайте этот образ на свой счет или, упаси Господь, как оскорбление детей с пороками развития! Этот образ - всего-навсего отражение нашего прогрессивного человечества. Конечного потребителя, который так или иначе оценивает твой талант: лайками, комментариями, сохранением в закладки, но в конечном итоге - рублем. Или долларом, если вам повезло.
Итак, при чем же тут Олег Волков и период репрессий, который - вот ведь внезапно - начался задолго до геноцида, устроенного Гитлером? (И в этом мы перегнали Германию, уххх, можем повторить!)
Все просто. Те, кто остались в России, совершили уже известную нам ошибку. Они недооценили непредсказуемость тупизны. Они решили "Ну не будут же они..."
Будут.
Достаньте из памяти чуть задвинутый подальше моими рассуждениями образ того самого ребенка, который пускает слюни и запускает грязную ручку в коробку с шоколадными конфетами.
Он - не будет?
Будет.
И они будут.
Я прочла очень много книг про репрессии, концлагеря, Холокост, мои родственники, ныне погибшие, пережили гонения. Уверена, останки некоторых из них можно найти на тех же самых Соловках. Мысль о том, что "ну не станут же они" следует лейтмотивом через истории погибших. Знание того, что еще как станут, красной нитью переходит через истории выживших.
Вопрос выживания в итоге сводится лишь к тому, к чему ты готов морально и физически.
Олег Волков выжил, потому что был готов ко всему. О том, что вогнало бы в кому людей моего поколения, они пишет спокойно и обыденно. В нем нет Гинзбургского "Как они моглиииии!". Видимо, образ умственно отсталого ребенка, который способен на все, жил где-то на задворках его сознания.
Да и куда было податься поросенку Петру тех времен? В Европе вот-вот раскинет крылья фашистский орел, оставались только другие континенты.
Как говорилось в старом анекдоте, дайте мне другой глобус.
Что ж, пока другого глобуса у нас нет, и мы все еще здесь - на постсоветском пространстве, где образ Сталина неожиданно до сих пор популярен, насаждаем и вообще уже 65 лет как Сталина на вас нет. Это удивило бы, но вспоминаем нашего пятилетку - ему показали красивую картинку о том, как при товарище Сталине было хорошо, он шоколад (которого при товарище Сталине не было, но ему об этом не сказали) по пухленьким щечкам размазал и давай в ладоши хлопать.
На аргумент "Да ты бы сейчас лежал в братской могиле где-нибудь на тех же самых Соловках" наш герой убирает ручки от пухлых щечек, хлопает круглыми глазками и отвечает: "А меня-то за что?". Не поверишь, милый друг, но те, кто там оказались, задавали абсолютно тот же вопрос. Даже глазками хлопали абсолютно так же.
Увы, работа над попыткой скрыть произошедшее в советских лагерях проводилась - и проводится - куда более тщательно, чем попытка фашистов скрыть то, что происходило в каком-нибудь Дахау. В конце концов, у советского правительства было куда больше опыта в этом деле, чем у дилетантов-немцев: массовые расстрелы на Соловках имели место в 1929 году, а сам лагерь в это время существовал уже несколько лет.
В конце концов, в особо значимых фашистских концлагерях сейчас музеи. Жертвам Холокоста ставят памятники, им возвращают украденные ценности, к их потерям относятся с уважением.
Страна, победившая нацистов, может похвастаться только тем, что до сих пор не открыла все архивы, которые связаны с внутренним геноцидом, ну и запретила парад "Бессмертного барака" на 9 мая. Вот бессмертный полк у нас был, а бессмертного барака - не было.
Увы, умственно отсталым детям тоже бывает стыдно. Но извиняться они не умеют, а умеют только закрывать круглые глазки пухлыми ручками, мотать головой и делать вид, что этого не было.
Сносить памятники, установленные жертвам террора своих против своих, или устанавливать их в таком медвежьем углу, куда не каждый сунется.
Однако, примечательно, что подобные памятники, установленные, как правило, людьми ради людей (а не правительством ради понтов), есть почти в каждом городе нашей страны.
Я не хочу никого оскорблять, но если очередной депутат предложит запретить чулки с подвязками и держаться за руки на улицах, вы знаете, какой образ вызвать в голове.
И если вдруг в ваших светлых головушках промелькнет мысль "Ну не будут же они..." - остановите себя. Скажите себе "Стоп" и вспомните, что эту же мысль думали люди перед тем, как отправиться в свое последнее путешествие по перевалочным пунктам ГУЛАГа. Что именно ее думали евреи в гетто.
Вспомните их истории. И извлеките из их жизней и смертей единственный горький урок, который можно извлечь:
Они будут.
Еще как будут.
77 понравилось
