Not Even Bones

Странное какое-то облегчение – увидеть существо и осознать, что оно не представляет для тебя никакой опасности.

Кто-то бегает, кто-то медитирует, а Нита расчленяет.

– У меня очень хорошо получается разрезать существ на части, но лишь потому, что они не люди. Я не могу сделать это, когда у них есть имя.

Кармы нет, как нет и баланса.

О людях никогда нельзя сказать что-то однозначно.

Ее тело пропало даром…

Нет. Так люди не скорбят. Они не представляют себе мертвое тело, готовое к расчленению.

Жизненные истории не заканчивались подарками в упаковке, аккуратно перевязанной бантиком.

Живые и мертвые – люди, принадлежащие к разным видам, совершенно не связанным друг с другом.

Паника – непродуктивное чувство, его нужно обуздывать.

– Все города загрязнены. Да и вообще тут важен психологический момент: прогуляться вдоль побережья океана не так уж и плохо.

Она совершила плохой поступок, потому что он был хороший. Ей казалось, будто кто-то послал ей особенно трудное испытание, и она его прошла. Она сделала то, что сделал бы хороший, добропорядочный человек. Очень нечасто Нита могла похвастаться подобным.

В неподвижных сердцах, плавающих в формальдегиде, было что-то успокаивающее, умиротворяющее. Больше никакого шума. Только тишина.

Когда мама куда-то уходила, Ните иногда казалось, что она не просто забирает с собой шум, она будто забирает энергию, которой наполнен дом. Без нее он казался пустым. Из него словно ушла жизнь, и только мертвый занни остался на своем месте.

Когда твой биологический долг состоит в том, чтобы мучить людей и пожирать их боль, перед тобой открывается очень много карьерных путей.

Нравственность - всего лишь средство манипуляции.