Протистояння, том 2

"Дейна повернулась к нему, широко и приглашающе улыбаясь, думая о том, с какой радостью отвела бы его вниз, на кухню, и засунула бы штуковину, которой он так гордится, в электрическую мясорубку Уитни Хоргэна."

"...женское тело всегда смотрится лучше всего, когда лежит на спине, вытянувшись, с втянутым животом, а груди естественным образом торчат вверх, не обвисая под действием силы тяжести".

"Тут-то и выяснилось, что распятие – не самое страшное.
Куда страшнее зубы…"

"В мире множество ворон, разъевшихся и наглых. Да, теперь этот мир стал вороньим."

"И внезапно со всей очевидностью, вырастающей из страха, от которого съеживаются яйца, ему стало ясно, что это темный человек – его душа, его ка каким-то образом вселилась в эту вымоченную дождем, ухмыляющуюся ворону – смотрит на него, проверяет, он ли тот самый шпион, которого они разыскивают."

" – Или вы, пехотинцы, хотите жить вечно?"

"Все, что связано с девственниками, всегда крайне серьезно – речь не об удовольствии, а об опыте."

"Он повернулся к ней, во рту пересохло.
– Нет. Мне так нравится. Укрывает от посторонних глаз.
– Укрывает, – просипел Гарольд голосом старого, давно молчавшего попугая."

"...даже координация движений улучшилась на тысячу процентов, то ли потому, что он похудел, то ли из-за постоянной физической нагрузки. А может, благодаря и тому и другому."

"На что генерал ответил: «Сам факт отсутствия актов вредительства – обстоятельство, не предвещающее ничего хорошего»

Точно фраза звучала иначе: «Сам факт отсутствия на текущий момент актов вредительства – тревожное и убедительное свидетельство того, что такие деяния будут совершены». Из докладной записки генерала Д. Девитта (1880–1962) министру обороны США."