— Тридцать дней, — задумчиво проговорила Анна. — Но я же знаю Нили. Вам нипочем не уговорить ее остаться здесь больше, чем на эти тридцать дней.
— Если мы не сможем, то такое обязательство за нее можете дать вы.
— Я? — Анна пришла в ужас. — Никогда! Доктор Холл улыбнулся.
— Тогда мы соберем комиссию и удостоверим ее состояние официально.
— Как это?
— Если наши психиатры придут к единому мнению, что пациент нуждается в дальнейшем лечении, мы представим дело в суд. Приглашаются три психиатра со стороны. Если их диагноз совпадает с нашим, суд продляет обязательное пребывание пациента здесь на три месяца, и каждые три месяца оно автоматически продлевается. Мы часто так поступаем, — спокойно сказал он. — Это освобождает родственников и друзей от чувства вины.
— Но для нее это будет хуже удара обухом по голове, — запротестовала Анна. — Она ведь думает, что ей предстоит лечение сном всего одну неделю. Мы пообещали ей, что…
— Мисс Уэллс, я восхищаюсь мисс О'Хара. Это великий талант. Пребывание в нашей клинике стоит полторы тысячи долларов в месяц, но к нам записываются в очередь со всей страны. Мы приняли мисс О'Хара без очереди, потому что она действительно настоящая актриса, и ее обязательно нужно вылечить. Я прошу предоставить ей этот шанс. И прошу именно вас.
— Но Нили была так против санатория…
— Мисс О'Хара не в состоянии принимать какие-либо решения относительно своего будущего. Более того, если ее предоставить самой себе, у нее вообще не будет никакого будущего.