Когда меркнет свет

Если бы я мог написать письмо в прошлое, нашему молодому отцу, я бы сказал, что принятие – основа любви. Именно различия делают наш мир столь прекрасным. Блейк, будь открытым, прими его, когда он проявит свои страсти. Только так ты можешь сделать сына сильным. Стань для него опорой. Поддержи. И он удивит тебя своей силой.

Иногда мы вспоминаем вещи, которых вовсе не было, или отказываемся вспоминать то, что было.

У каждого есть секреты, даже от самого себя. Чудо, что мы вообще можем кому-то верить…

Он нужен ей, но не меньше ей нужно бывать одной. И она никак не могла найти чертов способ совместить эти две потребности, воюющие у нее внутри.

Юная любовь трудна. Пылкая, страстная, переменчивая. Для Блейка - Мэг и есть лето. Она - океан. Она - охота за крабами. Она - сердце этой бухты. Именно она пробуждает у него желание вгрызаться в жизнь с волчьим аппетитом, откидывать голову и хохотать с полным ртом красных ягод. Из-за неё он не спит по ночам, лежа в кровати и глядя на серп луны, прислушиваясь к ритмичным ударам собственного сердца.

Именно поэтому правосудие настолько важно жертвам и их семьям? Это своего рода месть - то, что преступник пойман и наказан, - приносит чувство удовлетворения?

Забавно, как повторяется история. Поджидает нас. Неважно, как ты пытаешься ее обхитрить.

Вот насколько он хотел жить. Вот насколько хотел снова увидеть сына.

– Я люблю тебя, Блейк Саттон.
Он кивнул. Улыбнулся. И прошептал:
– Ну наконец-то.

Годы, проведенные вместе детьми, друзьями, родственными душами, любовниками. Боль и счастье, потеря и предательство, радость – Мэг почувствовала все одновременно. Между ними. И это сразило ее наповал. Потому что она вдруг с абсолютной уверенностью поняла, что хочет быть исключительно рядом с ним. И хотела всегда.

Умоляю, не дай мне умереть напрасно.

И мир изменился. Стал зыбким. Нежным, и прекрасным, и свежим, готовым принять любую форму. Мир, где возможности лежали вокруг, словно принесенные приливом ракушки на морском берегу.

Ты была моей больше, чем когда-либо будешь его…

Она забрала с собой сердце этой бухты. Как можно настолько увлечься, настолько гармонировать, настолько любить человека? И так пострадать от разрыва…

Ее зацикленность на себе, то, что она выбросила всех из своей жизни, была борьбой за выживание, а не бегством жертвы. Для этого требовалось мужество. А не трусость.

Смешение чувств — вины, раскаяния, привязанности, родства — было столь противоречивым, внезапным и мощным...

Выглядел как человек, который многое повидал и пережил. Войну. Чужие небеса. Море, дикую стихию. Но за внушительным видом все равно скрывалась какая-то… Надорванность. Этот мужчина, который знал ее лучше всех в мире, возможно, скрывал собственные глубокие раны.

Во всех предыдущих книгах Мэг точно знала, кто преступник, еще до начала работы. Она никогда не бралась за нерешенные дела. Это было одним из основных правил написания детективов. Конец нужно знать заранее. Знать, кто злодей, как его поймали, обвинили, судили и вынесли приговор.

И Блейк подумал, что от некоторых бед есть очень просое средство - кусочек магии в кармане. Вера.