Пепел и сталь

Когда ты в одиночестве, никто тебя не предаст.

Некоторые говорили о меди с презрением. Для боя она была бесполезна, изменить тоже ничего не могла. Но Кельсер всегда завидовал своему другу Капкану — медному туманщику. Очень неплохо знать, что твои чувства неподвластны кому-то другому.

Если я в таком возрасте был бездельником, это не значит, что все должны быть такими же.

Но она, по крайней мере, не шпионка другого Дома. А на фоне всех этих политических интриг простое желание ограбить меня выглядит даже привлекательным.

Вести дневник для грядущих поколений, если собираешься жить вечно… наверное, это излишне.

Да, вот что сделали с ним книги… Из глупого бунтовщика он превратился в философа.

Ты не можешь выйти из игры, просто заявив, что больше не играешь.

Интересно, какую угрозу я создал для мира, научив тебя алломантии? Впрочем, мой учитель говорил обо мне то же самое.

Мы не можем сражаться со всей Последней империей, она слишком велика. Но мы можем встряхнуть ее как следует и расколоть, а потом заставить осколки воевать между собой.

«Величайшая победа скаа за многие десятилетия…»
Но ведь именно против этого он и сражался… Не только против Вседержителя, не только против знати. Он сражался против тысячи лет такой жизни, при которой смерть пяти тысяч человек называют «величайшей победой».