Шухов

Мадам Шухова, безобразной является не книга, а ваше недостойное, склочное и скандальное поведение, которым вы давно известны всем, кто пытается прикоснуться к Шухову. Вы считаете только себя в праве писать о Шухове? Но на каком основании? Только потому, что ваша фамилия Шухова? И что из этого? Пусть читатели знают - вы еще задолго до выхода книги отказались предоставить для работы архив инженера, который вы присвоили себе и по какому-то недоразумению владеете. Сколько раз я звонил вам, пытаясь уточнить тот или иной факт из жизни Владимира Григорьевича - вы не ответили ни на один вопрос, из вредности или по причине недалекости. Вы еще год назад объявили мне, что какой бы не была книга, вы устроите скандал на весь мир, и вообще - вы мне устроите... Не вам указывать мне, что и как писать, стыдитесь и не позорьте фамилию прадеда (хотя иногда мне кажется, что вы с ним совершенно чужие люди)! Александр Васькин

Вот уже 25 лет я занимаюсь изучением и публикацией наследия моего прадеда – В.Г. Шухова, на основании материалов семейного архива написала множество статей и обширную монографию "Владимир Григорьевич Шухов. Первый инженер России" (М., МГТУ им. Н.Э. Баумана, 2003). За время этой своей деятельности я сталкивалась с массой нелепостей да и к, мягко говоря, неуважительному отношению к соблюдению авторских прав со стороны разнообразных "исследователей" успела привыкнуть. Но такой безобразной книги - если "творение" А.А. Васькина вообще можно назвать книгой – мне видеть еще не доводилось. Если читатель думает, что заявленные "автором" 415 страниц являются повествованием о Шухове, он глубоко заблуждается. Какое-либо отношение к Шухову имеет едва ли треть этого объема, все остальное – цитаты из разных источников, приводимые, так сказать, по созвучию. Вот, например, один небольшой факт (конечно же, позаимствованный из вышеупомянутой моей монографии, как и все другие достоверные факты, что, конечно же, никак не оговорено) – Шухов был брезглив и имел обыкновение на ночь протирать руки одеколоном. У товарища Васькина это замечание разворачивается на три страницы с привлечением сведений из различных медицинских справочников, упоминанием "мизофобии", сообщением о том, что Никола Тесла "с отвращением относился ко всему круглому" и т.д. Причем же здесь Шухов? А при том, что, по мнению Васькина, инженер страдал "комплексом неполноценности"! Как говорится, комментарии излишни. Так обращается "автор" с фактами достоверными. А сколько в книге его собственных, ни на чем не основанных измышлений, не имеющих никакого отношения к действительности! А сколько в ней нелепостей и фактических ошибок! Чего стоит такой, например, пассаж: "Нижегородский гиперболоид Шухова долгое время был самым высоким сооружением в России, опережая колокольню Петропавловского собора и другие подобные здания – храм Христа Спасителя и Исаакиевский собор". И это при том, что высота построенной в 1929 году опоры ЛЭП НИГРЭС составляет 128 м, тогда как радиобашня на Шаболовке имеет высоту 148 м, а возведена она семью годами раньше! Впрочем, ошибкой книга встречает читателя сразу же, с первой страницы - Шухов жил в квартире 64, а вовсе не 46, как утверждает автор. Под стать содержанию и язык, которым данное творение написано. "Золоторотцы делали свое вонючее дело ночью... А теперь представим себе: рафинированный интеллигент Владимир Григорьевич по привычке каждое утро шагает на работу пешком, по мостовой... Перешагивая то тут, то там разливы оставшихся после проезда золотарных обозов нечистот, чтобы не вляпаться". Все знает товарищ Васькин, все может себе представить. Не знает он только ответа на вопрос, каким образом неврастеник с комплексом неудачника, с завышенным "представлением о собственной персоне", только и думающий о черной икре, "творожке" и "сметанке", и при том "прижимистый хозяин" - а именно таким предстает В.Г. Шухов на страницах книги Васькина – смог стать "первым инженером России" и уже в наши дни получить всемирное признание... Елена Максимовна Шухова

Прекрасная книга, которая и подробно, но и без занудства рассказывает о самом, вероятно, выдающемся русском инженере. Более того, книга Александра Васькина позволяет попросту понять, чем были инженеры в свою золотую эпоху, когда это слово еще не стало нейтрально-бессмысленным. Рассказ о жизни Владимира Григорьевича Шухова увлекателен, многогранен и глубок. Таким он стал, вероятно, благодаря тому, что автор тщательно, грамотно дозирует технические детали, житейские подробности, исторические экскурсы. Поэтому книга читается на одном дыхании. Сквозь призму биографии Шухова разворачивается большая панорама российской истории с прекрасными отдельными эпизодами, посвященными бакинским промыслам, истории московского водопровода, Нижегородской ярмарке, революциям 1917 года, дачному быту, фотографии, велосипедам и др. Автор заметно неравнодушен к своему герою и делает все, чтобы влюбить в него и своих читателей. И это ему удается прекрасно.

Замеченные неточности: Стр. 58. "Старобакинская легенда гласит, что и Зорге, и Ландау, и Шухов играли в казино, принадлежавшем миллионеру и меценату Мусе Тагиеву". В Баку периода нефтяного бума, в конце XIX века и чуть позже, самым знаменитым миллионером и меценатом был Гаджи Зейналабдин Тагиев, построивший первую школу для девочек-мусульманок, первый театр, инициировавший городской водопровод и т.д. Не менее знаменит был и другой миллионер - Ага-Муса Нагиев. Он тоже был меценатом, построил палаццо Исмаилие для благотворительных организаций, большую инфекционную больницу и т.д. По всей видимости, автор смешал этих двух персонажей. Хотя, признаться, я сомневаюсь, что оба магната могли владеть казино, по религиозным причинам. Тагиев был правоверным мусульманином, а Нагиев - бахаистом. Но это же легенда. Таких в бакинской истории полным полно.

Стр. 357. "Вечером поездка на Биби-Эйлат. Чудный вид на освещенный город. Луна и море". На самом деле местечко возле Баку называется Биби-Эйбат. Но поскольку это цитата из шуховского дневника, то не исключаю, что букву мог спутать сам Владимир Григорьевич. Очень жалею, что эти дневники не опубликованы (?).

Стр. 378. "Сюжет ее чем-то навевает книгу Стивенсона о Гулливере и лиллипутах". Здесь незачет редактору издания. Всё-таки Гулливера и лиллипутов придумал Джонатан Свифт.

Но это мелочи, ничуть не умаляющие больших достоинств прекрасной книги Александра Васькина. Впереди меня ждут его "Щусев" и "Московские градоначальники".