The Cat's Table

Похоже, все они сами создали свои узилища — или свои судьбы.

Как-то так получается, что в любой эмигрантской семье есть человек, которому не прижиться в новой стране. <...> Я не раз встречал тех, кого одолевают неотвязные призраки прошлой жизни.

Непохоже было, что он едет просто в отпуск, — зачем, если он не может или не хочет ни с кем разговаривать.

В детстве мы способны вообразить и принять почти что угодно.

... она посмотрела на меня с улыбкой, которая подтверждала, что не такой жизни она ждала, не такую бы выбрала.

Твоей любви мало, чтобы дать мне покой.

— Твой муж тут предложил мне лежалую устрицу, а я ему и говорю: да это будет поопаснее, чем вступать в половую связь в семнадцать лет!

Когда австралийка покидала палубу, мы шли за ней по следам, которые высыхали прямо на глазах под нарождающимся солнцем.

Сильнее всего нас сближала её коллекция пластинок - все эти судьбы и чаяния, зарифмованные и наструганные на бруски по две-три минуты.

Истории всегда обгоняют нас и бегут впереди. Едва намеченные. А мы постепенно вливаемся в них и начинаем их подпитывать. Отыскиваем панцирь, который вберет в себя и испытает на прочность наш характер. Таким образом пролагаем свой жизненный путь.