— Никогда о нем не слышал.
— Неудивительно. Это маленький городок.
— Вроде Викенберга? – спросил Марвин с неприязнью в голосе.
— Ну да, наверное. Может, чуть больше. Я думал, тебе нравится Викенберг.
— Ба… Сначала он казался изумительным. Мирный, небольшой городок, где все друг друга знают и люди здороваются на улице. Звучит идеально, э?
— Не знаю насчет идеала, но, на мой вкус, довольно мило.
— Штука, которую тебе нужно понять, Тейтум, заключается в том, что, когда все друг друга знают, у каждого есть мнение о каждом. И эти мнения пристают к тебе, а иногда расползаются. Достаточно разок повздорить с соседом – и все об этом знают. Если твой ребенок подрался в школе, каждый вдруг обращает на это внимание. И эти вещи не уходят, они копятся. Я был Марвином Греем, когда приехал туда, а к тому времени как уехал, я слыл Марвином Который Один Раз Кричал На Городском Собрании И Всегда Спорил С Директором Школы Греем.
— Длинное имя, – заметил Тейтум. – Папа был таким проблемным ребенком, что тебе приходилось спорить с директором?
— Он был подростком. Временами бывал немного упрямым. И никогда не умел держать рот на замке. – Марвин ухмыльнулся, как всегда, когда говорил об отце Тейтума. – Он был хорошим мальчишкой. Но все имели свое мнение на его счет. Так и не дали ему настоящего шанса, когда он вырос.
— Виновен, пока не доказано обратное, так? – медленно произнес Тейтум между глотками чая.
— Именно так.
Он уставился в чашку. Затем произнес:
— Знаешь, может, мне придется уехать на денек или два… И, пожалуйста, на этот раз не разноси дом.