Сиськи и жопа. Сиськи и жопа. Сиськи и жопа. Сиськи и жопа. Си и Жо. Си и Жо. Си — Жо. Си — Жо. (Пауза). Как, а?
Довольно странный перевод названия - в оригинале называется Sexual Perversity in Chicago - что должно переводиться как сексуальная извращенность…, ну да, в Чикаго, в 70х годах.. Как уверяет википедия, пьеса полна ненормативной лексикой и региональным жаргоном, отражающим язык рабочего класса… в Чикаго 70х годов. Однако, переводчику, несмотря на проявленную им скромность в названии, до звезды все эти тонкости, и как вы можете догадаться в переводе все это сплошной русский мат..
Да, ну и ладно, а что за пьеса, о чем? Сообщу. Пьеса исследует темные стороны человеческих взаимоотношений, как где-то было сказано высокопарно, а попросту говоря, исследует половую жизнь двух мужчин и двух женщин… в Чикаго 70х годов. Я не против Мэмета, он вообще мог ничего не писать после гениальной пьесы "Американский бизон" и сценариев к хорошим фильмам. Но я не вынес из этой "dark comedy" никакого интереса для себя..
Смешного практически нет, все это, ты посмотри какие сиськи, гыыы, напоминает фильм про подростков, а тут ведь зрелые персонажи. Пожалуй только один момент насмешил:
БЕРНАРД. А она, знаешь, что делает? Говорит «подожди-ка минутку» и лезет под кровать. И достает оттуда чемодан, а из него — штурманский костюм времен Второй мировой. <…> а потом вдруг как закричит: «Ласточка, ласточка, я — канарейка, прием.» А затем «Минутку!». Изгибается, лезет под кровать и достает оттуда пятигаллонную канистру. ДЭН. Круто. БЕРНАРД. Открывает ее — а она полна бензина. Итак, разбрызгивает она бензин по стенам, достает, блин, из штурманского костюма зажигалку, и фьють — вся комната в огне, даже своих яиц не вижу. А по телефону все идет долбежка — «та-та, та-та, та-та, та-та». И телка моя снова сигает в постель и кричит: «А теперь, Христом Богом прошу, давай еще!» (Пауза). Итак, гляжу я на нее… и думаю, да пошла ты… Хватаю одежду, вынимаю из бумажника червонец и, пока бегу к двери, бросаю ей. «На такси» — кричу. А она ничего не слышит. Раз, два — и я в холле. Влезаю в шорты, бегу к лифту. А холл уже тоже в дыму, а из номера слышно, как там, в огне, моя телка поет: «Следить буду строго, мне сверху видно все, ты так и знай.» Наконец лифт пришел, а в холле уже полным-полно пожарных. Эти пожарные, блин, на гангстеров похожи.
Переводчику явно тут минусы в карму.. почему надо использовать советско-песенные штампы и червонцы? Вообще, подозреваю, что перевод безнадежно испортил пьесу, и остаются только яркие красочные слова из пьесы в отношении Виктора Леоновича Денисова.
Через почти четыре десятилетия пьеса Мамета свежа и современна как никогда, и если вы действительно честный человек, вы уйдете из театра c чувством сопереживания.. (это из Уэльского ежедневника Western Mail,перевод мой) Прочитав такое утверждение, я буду лучше молчать в тряпочку.. Посмотрел я кусочки спектаклей без перевода, все они довольно странные. Правда трейлер к одному спектаклю заинтересовал. Еще пояснения режиссера были (Роберт Боуман)..Не знаю, а вдруг в театре сопереживание к кому-нибудь было? А стоит ли проверять?
У всех у нас одни и те же страстишки Ну вот только не надо обобщать.
13 понравилось
