Последняя камелия

Кроме чёрного и белого существует и серое.

Я за життя встигла зрозуміти, що ми можемо багато з чим боротися, але. не зі своїм серцем.Кого воно вибрало-того і кохатимеш. І цього не змінити.

Я подошла к книжному шкафу и увидела сборники сказок. В детстве я мечтала иметь свои книги. В сказках можно было затеряться, в иных мирах – найти пристанище и покой, ведь мой мир был так суров! Вот почему каждый день после школы я ходила в библиотеку, к тому же дома меня никто не ждал.

- Не знаю. В детстве мама брала меня в сад, и мы говорили о жизни, о том, кем я могу стать, когда вырасту. Она велела мне никогда не прекращать поисков, пока я не найду свой истинный север.

- Истинный север?

- Она имела в виду не географические направления, а поиск своего пути, своего места в жизни, любви. Она говорила о моей судьбе.

Мое тело свободно, естественно плыло вместе с Десмондом. Мы слились в танце. Я прижалась щекой к его щеке, и когда песня закончилась, он привлек меня к себе ближе, чем когда-либо, и нежно поцеловал.

– Я сейчас сбегаю и принесу тебе мое пальто.
Я улыбнулась, вспомнив, как он накинул свое пальто мне на плечи в нашу первую ночь. Казалось, с тех пор прошла целая жизнь.

– Не волнуйся так, – как-то раз сказала мне миссис Диллоуэй. – Он обязательно вернется домой. – Она как будто читала мои мысли.

Мы перешли от строгой иерархии дома к отношениям двух женщин – двух женщин, столкнувшихся с собственными тревогами, собственной любовью, собственными сердечными ранами.

– Женитьба на Вивиан могла упрочить финансовое положение семьи, сохранить это поместье, – объяснил он. – В глазах отца я бы стал героем. Но я бы не смог жить с нелюбимой женщиной. Я не любил ее и никогда бы не смог полюбить.

Как ему объяснить, что я не могу представить себя мамой и что не считаю, будто материнство нужно всем.