Jonathan Wild

— Ни над кем, конечно, не посмеются так заслуженно, как над тем, кто сам выведет овечку на волчью тропу,   а потом станет плакать, что волк её сожрал.

их взаимная ненависть была так сильна и безотчетна, что ни он, ни она не могли видеть спокойствия на лице другого и всякий раз непременно старались его согнать.

попасть в рай человек может, не затратив и половины тех трудов, какими он покупает себе ад.

нет ничего обманчивее, чем бодрость духа, сообщаемая вином.

И с этого дня мы не живём  как муж и жена:  то есть не бранимся больше и не занимаемся любовью.

никогда не доверяй человеку, который может заподозрить, что ты прознал о зле,  причиненном тебе его  стараниями.

Добродетели, как драгоценные камни, легко подделываются;  в обоих случаях фальшивка служит к  украшению того, кто в неё рядится,  и лишь очень немногие обладают достаточным знанием или умением разбираться, чтобы отличить поддельную драгоценность от настоящей.

Здесь  я замечу: как ни часто наблюдалось, что люди склонны ненавидеть ими же обиженных и не любят прощать нанесенные ими самими обиды, – я не припомню, чтобы хоть раз я видел основание для этого странного на первый взгляд явления.

он не принадлежал к тем полувоспитанным людям, которые, ограбив или предав друзей, стыдятся с ними встретиться;

Кто же станет сомневаться, что лучше быть большим государственным человеком, чем простым вором?

Взаимная выгода,  сильнейшее из всех побуждений,  была цементом этого союза, который,  следовательно, могло расторгнуть только одно – более высокая выгода.