Цитаты из книги スプートニクの恋人

- Я ужасно хотел тебя видеть, - говорю я. - Я тоже. Очень хорошо это поняла, как только перестала тебя видеть. Стало вдруг так ясно, как если бы передо мной выстроился парад планет. Ты мне очень нужен. Ты - это я, а я - это ты...

... быть рядом с нею, просто тихонечко существовать где-то рядом - вот и все, что мне было нужно.

- Я тоже тебя люблю, - сказала Сумирэ. - Больше всех в этом огромном мире. - После Мюу, да? - С Мюу всё немного иначе. - Как именно? - Моё чувство к ней и то, как я к тебе отношусь, - всё-таки разные вещи. То есть... м-м, как бы это лучше сказать? - У нас - безнадёжных, посредственных гетеросексуалов - есть очень удобное выражение, - сказал я. - В таких случаях мы обычно говорим: "У меня стоит".

Моя жизнь без тебя - как сборник хитов Боби Дарина без "Мэкки-Ножа".

Внезапно связь обрывается.Я еще долго сижу, уставясь на трубку в руке.Словно сама по себе эта телефонная трубка несет какое-то важное послание. Словно в ее форме и цвете заключен особый смысл. Потом я прихожу в себя и кладу трубку на место. Сажусь на кровати и жду, когда телефон зазвонит снова.

Во всем, в чем, как нам кажется, мы довольно здорово разбираемся, спрятано еще ровно столько же, в чем мы абсолютно не разбираемся.

ПОНИМАНИЕ - ЭТО ЛИШЬ СУММА НЕПОНИМАНИЙ.

В наших встречах-разговорах было столько тепла и духовной близости, сколько и не снилось иным любовникам. И я всегда думал: как было бы хорошо, если б мы действительно ими были.

Это стало для меня откровением: оказывается, вместе с кем-то может быть так удивительно хорошо. Наверное, между нами, нашими душами всё-таки существует какая-то особая связь.

Я хочу быть рядом с нею, хочу, чтобы моя рука постоянно касалась её тела. Не слишком это похоже просто на восхищение.

Я снова буду разговаривать с нею. От одного этого сердце замирает. А вдруг мы простимся и больше никогда не увидимся — не то чтобы какая-то особая причина, а просто так — тогда что? Тяжко мне будет — вот тогда что, никто и не сомневается.

Как во сне, где невозможно сделать выбор - нет определяющего принципа. Или же у нас нет альтернатив, чтобы этот принцип установить.

Мы беспредельно близко подошли к нулю.

В юности очень многие люди охотно общались со мной. О чем только ни рассказывали... Столько разных историй - счастливых, красивых. Странных - тоже. Но вдруг с какого-то момента все это превратилось. Никто со мной больше не разговаривает. Ни один человек. Ни муж, ни сын, ни друзья... Никто. Как будто в мире уже не осталось ничего, о чем стоит говорить. Знаешь, иногда мне даже кажется, что мое тело - прозрачное, и через меня все видно насквозь.

When something bothered me, I didn’t talk with anyone about it. I thought it over all by myself, came to a conclusion, and took action alone. Not that I really felt lonely. I thought that’s just the way things are. Human beings, in the final analysis, have to survive on their own.

Если б я изобрел автомобиль, работающий на дурацких шутках, то смог бы кпилить на нем довольно далеко.

- Комунны... Те, что Ленин изобрел, что ли? - Ленин изобрел колхозы. Вот этих, наверное, ни одного не осталось.