Похищенная бацилла

Рассказ, написанный Уэллсом в 1895 году, скорее можно отнести к юмористическому жанру, нежели к фантастическому. Злодей оказывается одураченным хвастливым профессором, вернее, профессор умудрился одурачить и самого себя, и злодея.

Однако, в этом небольшом по объему рассказе Уэллс, возможно, впервые в мировой литературе поднимает проблему биологического оружия. Очень живописно описываются последствия возможного распространения бациллы холеры в лондонском водопроводе. Нам может казаться, что тогда, за 20 лет до начала Первой мировой войны, когда мир был еще относительно юн, по сравнению с собой же, пережившим две вселенские бойни, эта идея могла сильно удивить современников писателя.

Думаю, вряд ли. Первое в истории применение биологического оружия принадлежит Ганнибалу, который еще в III веке до нашей эры умудрился забрасывать за стены осажденных им городов глиняные горшки с ядовитыми змеями. Но, это, что называется цветочки.

Годом рождения настоящего бактериального оружия можно считать 1346. Тогда монгольское войско осаждало генуэзскую крепость в Крыму - Кафу, нынешнюю Феодосию. Среди монголов началась чума, тогда они стали перебрасывать трупы своих больных за крепостную стену, спровоцировав эпидемию среди защитников. Учитывая, что первое применение пороха в Европе датируется 1207 годом, выходит, не намного он и старше.

Потом нечто подобное проделала русская армия во время Северной войны со Швецией. Ну, а про идею британского генерала Амхерста уничтожать индейцев с помощью одеял, зараженных оспой, говорено уже немало. Так, что в конце XIX столетия эта идея была не нова.

Вот на что Уэллс действительно первым обратил внимание, так это на возможность попадания биологического оружия в руки террористов (по тем временам именуемых автором анархистами). В рассказе все заканчивается благополучно, но, если бы в пробирке была настоящая холерная палочка?

Так что этим маленьким рассказом гениальный фантаст обозначил довольно большие проблемы, которые ждали человечество в будущем. В 1925 году, еще при жизни автора, будет подписана Женевская конвенция о запрете биологического оружия. Но две страны воздержатся от её подписания, это - Япония и США. Японцы в сороковые годы натворят немало бед в Китае, проводя эксперименты с инфекционными болезнями. Американцы закроют свои программы только в 1969 году.

Какой интересный человек был господин Герберт Уэллс и очень положительный. Как же здорово было бы, если бы судьба решила сыграть такую же шутку с вирусом, как в этом рассказе. Мало того, что этот рассказ, написанный больше века назад, обыгрывает очень актуальную сегодня тему, так еще и, хайли, так сказать, лайкли, попал прямо в глаз истине. Уж не знаю какие там были отношения у китайско-американской группы, работавшей над коронавирусом, но американская "астронавтка" на этот раз проковыряла дыру в благополучии все планеты. На волю была выпущена такая гадость, что неизвестно еще теперь как и когда с ней справляться. А Уэллс предположил, что идиотизм одного самортизирует последствия одержимого идиотизма другого. Здесь анархист, пожертвовав собой, хотел уничтожить мир, но в итоге даже собой пожертвовать смог только частично. Не буду раскрывать сюжет. Этот рассказ сегодня должен читаться как отдушина. Лучше верить в такой исход катастрофы, какой предложен в этом рассказе.

Рассказ Герберта Уэллса «Похищенная бацилла» (1894) сегодня читается как пророчество, замаскированное под юмористический рассказ. На первый взгляд это легкая зарисовка с элементами фарса. Однако под слоем юмора скрывается один из первых в мировой литературе опытов осмысления биологического оружия и терроризма — тема, которая с 20 века перестала быть фантастикой.

Сюжет. Бактериолог с гордостью демонстрирует гостю культуру холерной бациллы. Его монолог о том, как смерть

«прокрадётся по улицам»

через водопровод, складывается у посетителя с бледным лицом в своеобразную инструкцию. Его реакция на рассказ учёного:

«Эти анархисты — ничтожества, глупцы, слепые глупцы: применять бомбы, когда существует такая штука!»

дает понять, что террорист осознаёт преимущество биологического оружия перед взрывчаткой: оно дешевле, незаметнее и способно убивать в масштабах, недоступных динамиту. Это уже не просто сюжетный поворот, а формулировка той логики, которая стоит за программами биологического оружия.

Фарсовый финал не отменяет серьёзности поставленных вопросов. Именно благодаря этой лёгкости рассказ запоминается и заставляет задуматься: если катастрофа не случилась, то лишь по случайности.

Уэллс писал свой рассказ в контексте европейского анархистского терроризма 1890-х годов. И сегодня, когда вопросы биобезопасности и биотерроризма обсуждаются на высоком уровне, «Похищенная бацилла» читается как раннее предупреждение. Уэллс первым в литературе показал, что наука создаёт не только средства спасения, но и оружие, которое может попасть в руки тех, кто готов его использовать.

логика — «достаточно одной пробирки» — остаётся остро актуальной

«Похищенная бацилла» — редкий случай, когда юмористический жанр не обесценивает серьёзную тему, а делает её более доступной. Уэллс просто показывает, как легко смерть может оказаться в руках рассеянного учёного и озлобленного фанатика. Сто тридцать лет спустя мы всё ещё живём в мире, где пробирка с болезнетворной культурой может стоить больше, чем бомба, — и Уэллс сказал об этом первым.