Острые предметы

Я жалела, что назвала дрянью жестокость, насилие и убийства. Мелкое слово.

Мне кажется, что если на меня подует теплый ветерок, то я исчезну навсегда — так, что и ноготка не останется.
Иногда эта мысль меня утешает, иногда угнетает.

Она всегда хотела иметь то, что есть у других, даже если ей это не нужно.

Вот и пью, чтобы поменьше думать о том, что я с собой сделала, и чтобы больше этого не делать.

Я умела убеждать людей в чем угодно, но это будет высший пилотаж: убедить себя, что я поступаю разумно.

Когда мне не дали повышения, он посоветовал возбудить иск о дискриминации. А ведь никакой дискриминации не было – просто я была посредственным репортером.

-Наверное, люди считают, что молодому легче смириться с потерей близкого, – сказала я. – Тем более вы юноша. Мальчики обычно не особо чувствительны.

Никогда не останавливайте мужчин в костюмах – опыт показывает, что все они козлы.

Теперь я бы, скорее, повесила фотографию жены Уоррена Гардинга по прозвищу Герцогиня, которая записывала все причиненные ей обиды в красную книжечку и мстила каждому в соответствии с тяжестью его провинности. Мои нынешние кумиры - женщины с изюминкой.