The Map of Salt and Stars

Что может впечатлить читателя в книге Дженнифер Зейнаб Джухадар «Карта соли и звёзд»? Наверное, в первую очередь, красивая обложка со всеми этими восточными узорами, песками. Во-вторых, сюжет, в котором будут две линии повествования, своего рода история в истории. Но, опять же проблема в том, что я уже сотни раз встречала схожее построение сюжета и меня оно не увлекает. Второй момент, который меня очень напрягает в современной литературе – авторы специально затягивают развитие сюжета, причём это выглядит очень нелепо, но обо всём по порядку.

Проблемы начинаются сразу же буквально с первых страниц в логичности происходящего. Нур и её семья переезжают в Сирию после смерти её отца. Да, я понимаю, что у них нет денег, но все они граждане США, неужели там нельзя найти работу в магазине, переехать в другой штат? Это не говоря о том, что уже тогда, в 2011-м году, были уже в Сирии военные конфликты, и ехать туда было опасно. И это какая-то реально странная логика, денег на жизнь в США у тебя нет, но купить дорогостоящие билеты на всю семью деньги есть. Не находите это странным?

Второй момент это логика ушла в отрыв, когда мама сказала детям спасаться из Сирии при помощи карт, составленных за сотни лет до этого. И якобы это поможет спасти их жизни. Теперь давайте подумаем вот о чём: 1) а как дети должны в этом разобраться?; 2) это 21-й век, не судьба навигатор использовать или телефон?; 3) а ничего что карта на данный момент времени может быть уже не точной? Появились новые города и страны, леса вырубаются, реки мелеют, рельеф местности меняется, так что какой в этом смысл?; 4) а ничего что это совсем не приключение и не что-то весёлое?

Поэтому я не могу говорить о том, что данное произведение мне понравилось именно с позиции Нур и её семьи. Мне интереснее было читать именно про карты и способы их создания, вот тут, правда, очень здорово. И, главное это было подано в такой полусказочной форме. Но, это же не фэнтези, это больше социальный роман, о проблеме с которой столкнулись люди, поэтому лучше бы упор ставился всё-таки на здравый смысл и реальные вещи, это же можно было соединить, например, с тем, что вот как они путешествовали, так примерно и мы. Но нет. Но, это лично мои взгляды, написано-то хорошо и думаю, многие захотят прочесть такую историю.

“You have to weave two stories together to tell them both right.” She presses her palms together, then opens them. “Like two hands.”

Две истории, да. Одна - сказка о XII веке, о девочке по имени Равийя, которая переоделась мальчишкой и стала учеником картографа аль-Идриси. И отправилась по Средиземноморью. Дело жизни аль-Идриси - сицилийский король Рожер II поручил ему создать карту мира на серебряном диске, и вот он путешествует по странам Востока, чтобы увидеть и нанести на карту его чудеса. Ну, а Равийя по ходу дела учится управляться с астролябией и воевать с птицей Рух, "бледным ужасом" арабских сказок. Историческая основа здесь в принципе есть - серебряный диск с картой действительно существовал, - но по большей части мы имеем дело с историческим фэнтези. Вторая - история девочки Нур, которая со своей семьей перехала из Нью-Йорка в Сирию. В провинцию Хомс, летом 2011 года, чтобы увидеть, как мир рушится вокруг нее. Девочка не знает, кто и за что разбомбил ее дом, но важно ли это? Спокойное лето с легкой ностальгией по оставшейся за океаном школе исчезает навсегда, сменяясь долгими днями бегства, разлуки с родными, тяжких испытаний. История Нур - плотный, энергичный текст, в котором каждая деталь на своем месте и играет всеми красками, как в синэстетическом восприятии героини. Ярко, живо передана атмосфера бесконечного бегства через половину Востока. Чувствуется, что здесь все - настоящее, все пережито и выстрадано. Сцена, где Абу Саид дарит раненной девочке ляпис-лазурь ("В мире нет синего цвета, подобного ей"), отвлекая ее от мыслей о войне, разрушенном доме, - о, это прошибает до слез. История Равийи выглядит на этом потрясающем фоне несколько натянутой, словно автор не смогла ее прочувствовать. Я не могла поверить ни словам героев, ни их поступкам. Чего стоит сцена с нападением мстительной птицы Рух! В разгар баталии герои, как ни удивительно, находят время для классической сцены: "Корнет - вы... женщина?!!" Равийя патетически объясняет, что есть вещи поважнее, чем гендерная принадлежность, птица Рух... терпеливо ждет, пока герои закончат с животрепещущими вопросами. И тем не менее, средневековая линия позволяла отдохнуть от эмоциональной напряженности линии современной, так что не казалась мне лишней. Еще пара моментов вызвала недоумение. Логика поведения матери Нур. Как можно было просто отправить дочерей в неизвестность, вместо пункта назначения задав им какую-то головоломку с картой? Неужели трудно было сказать: "Если сможете, постарайтесь добраться до своего дяди в Сеуте"? Повисшая линия с окаменевшим глазом птицы Рух. Его волшебные свойства так ни разу никому и не пригодились, так зачем он вообще введен в повествование? Но в целом - это очень, очень сильно, особенно для дебютного романа! Разрушенный Хомс

В романе две сюжетные линии: основная описывает реальные события, происходящие с семьей сирийских беженцев (судя по всему, летом-осенью 2011 года, хотя год событий не назван); вторая, большей частью выдуманная, посвящена приключениям девушки по имени Равия, которая оставила родной дом и выдала себя за мужчину, чтобы стать ученицей знаменитого картографа XII века аль-Идриси.

Главную героиню зовут Нур, ей 12 лет; несмотря на сирийские корни, она настоящая маленькая американка. После смерти её отца от рака мать оказалась не в силах обеспечивать Нур и двух её сестёр, Худу и Захру, и согласилась на предложение Абу-Саида, названного брата своего покойного мужа, вернуться из США в Сирию, в Хомс. Мать Нур — художница и картограф, она рисует уникальные карты, которые в Хомсе предположительно будут лучше покупать, чем в Нью-Йорке.

Но в Хомсе всего через несколько месяцев начинаются военные действия, и однажды ночью дом семьи Нур, а также дом Абу-Саида оказываются уничтожены снарядами. Старшая сестра Нур, Худа, тяжело ранена осколком. Семья решает бежать из Сирии туда, где не стреляют…

Сюжет не назовешь чересчур переполненным событиями, в повествовании нашлось место и для воспоминаний, и для размышлений, и для прочей интроспекции, но в целом он достаточно динамичный и увлекательный, поскольку автору (в том числе за счет использования настоящего, а не прошедшего времени в основной сюжетной линии) удалось до конца сохранить интригу — дойдут или нет? кто выживет, кто нет? будет ли им дарован покой? И т.д.

Две сюжетные линии очень элегантно переплетаются друг с другом, не давая отвлекаться от повествования. При этом сказочность истории Равии смягчает по-настоящему жуткие события, которые происходят с Нур, и эффект получается своеобразный — как контрастный душ. Структура романа грамотная, что для дебюта в особенности похвально.

Также особо отмечу, что книга аполитична: в ней не говорится ни слова о том, кто кого бомбил и почему. Это просто история о людях, которые оказались меж двух огней (иногда в буквальном смысле) и пострадали совершенно несправедливо.

Нур, главная героиня, становится взрослой за время своих странствий, но все же персонаж, который меняется сильнее всех прочих — это её средняя сестра, Захра, которая из взбалмошной девчонки, не выпускающей из рук смартфон, превращается в человека, способного рисковать собой ради младшей сестры. В романе множество героев второго-третьего плана — случайных попутчиков Нур, чьи истории весьма коротки, но все вместе они создают достаточно масштабную картину страданий, которые выпали на долю этой семьи и беженцев в целом.

История Равии, конечно, куда более сказочная со всеми сопутствующими условностями, но и её герои выглядят достаточно живыми, особенно аль-Идриси — человек, который всю свою жизнь посвятил составлению карт.

Эта книга — не фантастика в полном смысле слова, а психологическая проза с примесью магреализма или даже сказки, для смягчения эффекта. Написано достаточно красивым стилем с отчетливыми арабскими интонациями. Может, шедевром роман и не назовешь, но в целом придраться не к чему.