Завтра была война: Роман, повести, рассказ

Рейтинг LiveLib

4,7

128 оценок

• 5
  76%
• 4
  18%
• 3
  4%
• 2
  2%
• 1
  1%

Ваша оценка

Отметить эмоции

Прочитали 156Хотят прочитать 67

Рецензии

• 

  Tayafenix6 ноября 2012 г.

  Вот и подошел к концу мой флэшмоб 2012, но на какой ноте он заканчивается! Я специально откладывала эту книгу на самый конец - мне и очень хотелось ее прочитать, и, сказать по правде, было страшно. Я мало читаю военных и, так сказать, предвоенных книг - слишком больно. Они разрывают сердце, выбивают из колеи, погружая в меланхоличное состояние-воспоминание о том, что пережили наши бабушки и дедушки. Поэтому-то я долго и не могла добраться до Васильева и, если бы не флэшмоб, еще долго бы не добралась - такие книги физически читать больно.

  Да-да, я знала, что "Завтра была война" повествует не о самой войне, а о предвоенной поре жизни молодых, юных ребят, девятиклассников, которые еще и не знают, что всего лишь через год им придется окончательно распрощаться с детством, но именно это ощущение - ощущение нависшей, тягостной угрозы, которую предотвратить невозможно, которая уже свершилась и забрала жизни всех тех ребят, о взрослении и жизни которых ты сейчас читаешь - разбивает сердце.

  Васильев прекрасно знал, о чем он писал - он пережил это все: крушение надежд на будущую жизнь, смерти множества близких друзей, одним словом - войну. И это чувствуется в каждом слове даже там, где рассказывает он не о боевых действиях, а вспоминает о мальчишках и девчонках, которым через год суждено будет попасть в самое пекло жестокой войны на выживание всей нации. Тяжело читать такие книги, но обязательно нужно, чтобы помнить, не забывать. Об этом говорилось уже сто раз и везде, но, тем не менее, можно повторить и еще не меньшее число раз.

  На фоне этой мрачной предопределенности старой выцветшей фотокарточки, на которую ты смотришь и видишь, что в живых остались и дожили до седин единицы, как-то даже немного теряется сам сюжет повести, а он ведь стоит того, чтобы сказать о нем в отдельности! Васильев поднимает важные вопросы - о долге и чести, о настоящей дружбе, о том, что такое истина и где ее искать. Я успела глубоко полюбить всех героев, всех этих мальчиков и девочек, которые промелькнули яркой вспышкой, чтобы исчезнуть в жерле войны. Очень больно.

  Читать далее

  250

  4,6K
• 

  dashastrogaya9 мая 2013 г.

  ...И, шагая за высокой новью,
  Помните о том, что всякий час
  Вечно смотрят с верой и любовью
  Вслед вам те, кто жил во имя вас!...
  (Э.А. Асадов)

  Знаете, бывают такие книги, после которых нет никаких слов, и не знаешь что написать в рецензии. Вроде бы когда читаешь, столько разных умных мыслей проносится в голове, а когда закрываешь последнюю страницу, понимаешь, что все мысли испарились, и единственное что осталось - это комок в горле и слезы на глазах. Так вот, это именно такая книга.

  Я всегда и всем, вот уже на протяжении почти 25 лет повторяю, что не люблю читать книги о войне. Я не знала, в чем причина. Раньше мне казалось, что это скучно. А сейчас думаю, что после таких книг в душе что-то ломается, и мне было просто страшно. Я - трусиха. И мне стыдно. Такие книги читать необходимо, это наша история, без знания которой русскими нас можно назвать с большой натяжкой.

  Эти ребята. Эти совсем взрослые школьники. А ведь если вдуматься, им всего 16 лет. Они учатся, влюбляются, дружат, спорят, дерутся, ходят в кино и читают Есенина. Им 16 лет. Но ведут они себя как совершенно состоявшиеся личности. Они и есть Личности. И у них есть чему поучиться всем нам.
  Эта книга не совсем о войне. В ней описаны события из жизни школьников в предвоенный год. Но от этого читать не менее больно и тяжело. Ожидание. Ожидание чего-то страшного не покидает на протяжении чтения. Ведь еще в самом начале автор дает нам понять, что хэппи-энда не будет. Мечты и надежды разрушит война. И они - уже бывшие школьники, далеко не все доживут до победы.
  

  
  

  - Какой тяжелый год!
  

  • Знаете почему? Потому что високосный. Следующий будет счастливым, вот увидите!

    Следующим был тысяча девятьсот сорок первый.

  
  Благодаря именно таким вот школьникам, которые оставили свои тетради с учебниками, и отправились на войну, есть Россия и есть Мы все. А сколько их еще, юных и молодых, которые не жалея себя и своих жизней, дали жизнь нам, будущим гражданам Нашей Страны. Моя бабушка рассказывала, что у них в деревне с войны вернулись только двое: двое взрослых мужчин. Все молодые парни умерли, бросаясь под танки и ложась на гранаты. И не исключено, что именно благодаря отчаянности и такой всепоглощающей любви к Родине, мы выиграли эту страшную битву.
  

  
  Артем Шефер. Из школы его выгнали за принципиальность, и он доказал ее, принципиальность свою, доказал! Когда провод перебило, он сам себя взорвал вместе с мостом. Владимир Храмов, Вовик, отличник наш, тихий самый. Его даже в переменки и не видно было, и не слышно. На Кубани лег возле сорокапятки своей. Ни шагу назад не сделал. Ни шагу!

  
  Это потрясающая книга. Уделите ей внимание. Она никого не должна оставить равнодушным.

  Всех с праздником! С Днем Победы! Не забывайте нашу историю и ветеранов Великой Отечественной Войны!

  Читать далее

  189

  2K
• 

  Anastasia24627 декабря 2020 г.

  О личном выборе каждого...

  Не очень по душе пришлось мне заглавие повести - все-таки давать людям прозвища в таком религиозном ключе...Извиняет этот факт лишь то, что произведение написано еще в советский период (в 1986 году, если быть точным), а отношение к церкви в тот период времени было соответствующим, всем известно каким...

  Но не будем о минусах, перейдем лучше к достоинствам книги, их куда больше. Формат повести - такой краткий - здесь удачно обрамляет удивительно многогранную жизнь. В рамки малого по своему объему жанра автору удалось вместить так много всего: переживаний, испытаний, страданий, выпавших на долю Антонины Федоровны Иваньшиной. Командир стрелкового полка Тонечка, затем студентка пединститута, преподаватель школы, директор, автор собственной книги воспоминаний о той страшной войне...

  Жизнь проносится мимо семимильными шагами, не давая времени на передышку, подкидывая все новые проблемы. И каждый раз Антонина Федоровна с честью выходит из этих испытаний. Борис Васильев рисует своим читателям красивый цельный образ настоящей женщины, несгибаемой, сильной, мудрой, милосердной. Возможно, воссозданный на страницах книги образ покажется кому-то идеализированным, нереальным - что ж, у каждого из нас свое видение мира. Вот я лично верю, что такие люди есть (именно благодаря им мы и выиграли войну), пусть их немного, но от них всегда становится чуточку светлее, радостнее, теплее.

  Не баловала жизнь Антонину Федоровну ни простым женским счастьем, ни справедливостью, ни такими же, как она, бескорыстными людьми. Ее много раз обманывали, предавали. Но разве это хоть чуточку уменьшило ее веру в силу добра?

  Читаешь книги про таких людей как будто про людей с другой планеты, переживаешь за героиню и не можешь простить человеческой подлости, совершенной по отношению к ней. А вот она смогла...

  5/5, не знаю, почему не читала раньше этого произведения. Оно очень сильное, душевное и такое тяжелое...

  Читать далее

  175

  7K

Цитаты

• 

  Kamella2 октября 2012 г.

  – Какой тяжелый год!
  Все примолкли. А Зиночка сказала, как всегда, невпопад:
  – Знаете почему? Потому что високосный. Следующий будет счастливым, вот увидите!
  Следующим был тысяча девятьсот сорок первый.

  270

  24,5K
• 

  LiselWerner23 апреля 2018 г.

  - Это я сейчас комсомолка. А потом я хочу быть женщиной.
  

  • Как не стыдно! — с гневом воскликнула подруга. — Нет, вы слыхали, ее мечта, оказывается, быть женщиной. Не летчицей, не парашютисткой, не стахановкой, а женщиной. Игрушкой в руках мужчины!
  • Любимой игрушкой, — улыбнулась Зиночка. — Просто игрушкой я быть не согласна. - Зинаида Коваленко и Искра Полякова
  • Человек не может рождаться на свет просто так, ради удовольствий, — втолковывала Искра, подразумевая под словом «удовольствия» время будущее, а не прошедшее. — Иначе мы должны будем признать, что природа — просто какая-то свалка случайностей, которые не поддаются научному анализу. А признать это — значит, пойти на поводу у природы, стать ее покорными слугами. Можем мы, советская молодежь, это признать? Я тебя спрашиваю, Саша.
  • Не можем, — уныло сказал Стамескин.
  • Правильно. А это означает, что каждый человек — понимаешь, каждый! — рождается для какой-то определенной цели. И нужно искать свою цель, свое призвание. Нужно научиться отбрасывать все случайное, второстепенное, нужно определить главную задачу жизни… - Искра Полякова
  • Я сажала тебя на горшочек и чинила твои чулочки. Неужели же сейчас мне нельзя сказать всей правды?
  • А мне надоело, вот и все! — громко, но все же потише, чем прежде, заявила Роза. — Я люблю парня, и он меня любит, и мы распишемся. И если надо уйти из дома, то я уйду из дома, но мы все равно распишемся, вот и все.

  
  Так Артем узнал о любви, из-за которой бегут из родного дома. И любовь эта была не в бальном наряде, а в стареньком халатике, выпирала из него бедрами, плечами, грудью, и халатик трещал по всем швам. А в том, что это любовь, у Артема не было никаких сомнений, поскольку уйти из дома от сурового, но такого справедливого отца и от мамы, добрее и мудрее которой вообще не могло быть, уйти из этого дома можно было только из-за безумной любви. И гордился, что любовь эта нашла Розу, и немного беспокоился, что его-то она как раз обойдет стороной.
  ...
  Жить надо не распоряжениями, а идеями. - директор школы Николай Григорьевич Ромахин
  ...
  А что касается поэзии в частности и искусства вообще, то мне больше по душе то, где знаки вопросительные превалируют над знаками восклицательными. Восклицательный знак есть перст указующий, а вопросительный — крючок, вытаскивающий ответы из вашей головы. Искусство должно будить мысли, а не убаюкивать их. - Леонид Сергеевич Люберецкий, отец Вики
  …
  — Я, это, не понял, — честно признался Артем, когда они уединились в школьном дворе после уроков. — У тебя это… неприятности?
  — Да, — кротко вздохнула Зина.
  Артем тоже завздыхал, затоптался и засопел. Потом спросил:
  — Может, помощь нужна?
  — Помощь? — Она горько усмехнулась. — Женщине может помочь только слепой случай или смерть
  Артем в таких категориях не разбирался и не очень им доверял. Но она почему-то страдала; он никак не мог взять в толк, почему она страдает, но искренне страдал сам.
  — Может, это… Морду кому-нибудь надо набить? Ты это… Ты говори, не стесняйся. Я для тебя…
  Тут он замолчал, не в силах признаться, что для нее он и вправду может сделать все, что только она пожелает. А Зиночка по легкомыслию и женской неопытности пропустила эти три слова. Три произнесенных Артемом слова из той клятвы, которую он носил в себе. Три слова, которые для любой женщины значат куда больше, чем признание в любви, ибо говорят о том, что человек хочет отдать, а не о том, что он надеется получить. А она испугалась. - Артём Шефер и Зинаида Коваленко
  …
  — А что говорит твой папа о мещанстве?
  — Он говорит, что мещанство — это такое состояние человека, когда он делается рабом незаметно для себя. Рабом вещей, удобств, денег, карьеры, благополучия, привычек. Он перестает быть свободным, и у него вырабатывается типично рабское мировоззрение. Он теряет свое «я», свое мнение, начинает соглашаться, поддакивать тем, в ком видит господина. Вот как папа объяснял мне, что такое мещанство как общественное явление. Он называет мещанами тех, для кого удобства выше чести. - Искра Полякова и Вика Люберецкая
  …
  
• С
  • Счастье — иметь друга, который не отречется от тебя в трудную минуту. - Леонид Сергеевич Люберецкий
  ли хочешь знать, самое большое счастье — чувствовать, что тебя любят. Не знать, а чувствовать, так при чем же здесь голова? - Роза (Шефер)
  …
  — Что она сделала с собой?
  — Снотворное, — сказал следователь, вновь подшивая записку в «Дело». — Много было снотворного в доме, а она — одна.
  — Ей было… больно?
  — Она просто уснула, да поздно спохватились. Тетя ее аккурат в этот день приехала, видит, девочка спит, ну и не стала будить.
  — Не стала будить… - Искра Полякова и Следователь
  ...
  — Только что мы будем говорить своим детям? — вдруг очень серьезно спросила Зина. — Чему мы научим их тогда?
  — Да, что мы будем говорить своим детям? — как эхо, повторила Искра. — Прежде чем воспитывать, надо воспитать себя. - Зина Коваленко и Искра Полякова
  …
  — В жизни будет много трагедий. Я знаю, что первая — всегда самая страшная, но надо готовиться жить, а не тренироваться страдать. - товарищ Полякова
  …
  — Товарищи! — вдруг очень громко сказал директор. — Парни и девчата, смотрите. Во все глаза смотрите на вашу подругу. Хорошо смотрите, чтобы запомнить. На всю жизнь запомнить, что убивает не только пуля, не только клинок или осколок — убивает дурное слово и скверное дело, убивает равнодушие и казенщина, убивает трусость и подлость. Запомните это ребята, на всю жизнь запомните!.. - директор школы Николай Григорьевич Ромахин
  ...
  А пишу я не для того, чтобы объясниться, а для того, чтобы объяснить. Меня вызывали к следователю, и я знаю, в чем именно обвиняют папу. А я ему верю и не могу от него отказаться и не откажусь никогда, потому что мой папа честный человек, он сам мне сказал, а раз так, то как же я могу отказаться от него? И я все время об этом думаю — о вере в отцов — и твердо убеждена, что только так и надо жить. Если мы перестанем верить своим отцам, верить, что они честные люди, то мы очутимся в пустыне. Тогда ничего не будет, понимаешь, ничего. Пустота одна. Одна пустота останется, а мы сами перестанем быть людьми. Наверное, я плохо излагаю свои мысли, и ты, наверное, изложила бы их лучше, но я знаю одно: нельзя предавать отцов. Нельзя, иначе мы убьем сами себя, своих детей, свое будущее. Мы разорвем мир надвое, мы выроем пропасть между прошлым и настоящим, мы нарушим связь поколений, потому что нет на свете страшнее предательства, чем предательство своего отца. - Вика Люберецкая в своём письме к Иксре Поляковой
  …
  За чаем вспоминали о Вике. Вспоминали живую — с первого класса — и говорили, перебивая друг друга, дополняя и досказывая. Люберецкий молчал, но слушал жадно, ловя каждое слово. И вздохнул:
  — Какой тяжелый год!
  Все примолкли. А Зиночка сказала, как всегда, невпопад:
  — Знаете почему? Потому что високосный. Следующий будет счастливым, вот увидите!
  Следующим был тысяча девятьсот сорок первый. - Люберецкий Леонид Сергеевич и Зина Коваленко