Haar naam was Sarah

Девочка задумалась: те полицейские… Неужели у них не было своих семей? Неужели у них не было своих детей? Детей, к которым они возвращались домой? Как они могли так жестоко обращаться с чужими детьми? Может быть, им приказали так вести себя, или для них это было вполне естественным и самым обычным делом? Может быть, они были машинами, а не живыми людьми? Девочка пристально всматривалась в них. Нет, они казались настоящими, из плоти и крови. Они были мужчинами. Она ничего не могла понять.
На следующий день девочка заметила группу людей, которые наблюдали за ними через забор из колючей проволоки. Это были деревенские женщины, в руках они держали какие-то узелки и еду. Они пытались просунуть ее через заграждение. Но полицейские приказали им убираться. И больше к детям не приходил никто.

Где ты, мой маленький Мишель? Мой прекрасный Мишель.
Где ты теперь?
Помнишь ли ты меня?
Мишель.
Меня, Сару, свою сестру.
Ту, которая так и не вернулась к тебе.
Ту, которая оставила тебя в запертом шкафу.
Ту, которая думала, что там ты будешь в безопасности.

Прошли годы, но я по-прежнему храню этот ключ.
Ключ от нашего потайного убежища.
Видишь, я хранила его, день за днём прикасаясь к нему,
вспоминая тебя.
После того дня, 16 июля 1942 года, я не расставалась с ним.
Никто не знает. Никто ничего не знает о ключе,
никто не знает о тебе.
О том, что ты сидел в шкафу.
Никто не знает ни о маме, ни о папе.
Ни о концентрационном лагере.
О лете 1942 года.
О том, кто я такая на самом деле.

Мишель.
Не было ни одного дня, чтобы я не думала о тебе.
Не вспоминала нашу квартиру на рю де Сантонь.
Я ношу в себе твою гибель так, как могла бы носить ребёнка.
И я буду носить её в себе до самой смерти.
Иногда мне хочется умереть.
Мне невыносима тяжесть твоей смерти.
И смерти мамы, и смерти папы.
Меня преследуют видения поездов для скота, которые везут их
на смерть.
В голове у меня стучат колёса этого поезда, я слышу их каждый
день последние тридцать лет.
Мне невыносим груз прошлого.
Но я не могу выбросить ключ от шкафа.
Это единственная вещь, которая связывает тебя и меня, не
считая твоей могилы.

Мишель.
Как я могу делать вид, что я - другая?
Как мне заставить их поверит, что я - другая женщина?
Нет, я не могу забыть.
Стадион.
Концентрационный лагерь.
Поезд.
Жюль и Женевьева.
Ален и Генриетта.
Николя и Гаспар.
Мой ребёнок не даст мне забыть. Я люблю его. Он мой сын.
Мой муж не знает, кто я такая.
Он не знает моего прошлого.
Но я не могу забыть.
Я сделала ужасную ошибку, приехав сюда.
Я думала, что смогу измениться. Думала, что смогу забыть.
Но я не смогла.

Их отправили в Аушвиц. И там убили.
Мой братик. Он умер в шкафу.
У меня не осталось ничего.
Я думала, что могу найти что-нибудь здесь, но я ошибалась.
Оказывается, ребёнка и мужа недостаточно.
Они ничего не знают.
Они не знают, кто я такая.
И никогда не узнают.

Мишель.
В снах ты приходишь и забираешь меня отсюда.
Ты берёшь меня за руку и уводишь прочь.
Жизнь для меня невыносима.
Я смотрю на ключ и хочу вернуться к тебе, вернуться в прошлое.
К тем чистым, невинным, спокойным дням до войны.
Я знаю, что мои раны никогда не заживут.
Я надеюсь, что сын простит меня.
Он никогда ни о чём не узнает.
Никто никогда ни о чём не узнает.

Zakhor. Помни.
Al Tichkah. Не забывай.