Апошнія сведкі

Сложно читать о детях войны, когда в твоей стране все дети это дети войны. Но всё же я взялась за книгу, так как хочу как-нибудь прочитать все книги Светланы Алексиевич, которая в основу берет устные истории (или глубинные интервью) очевидцев событий. В данной книге истории детей второй мировой войны, интервью были взяты спустя десятилетия, некоторым говорить спустя столько лет очень сложно, смею предположить, что другие, и таких много, вообще бы не дали подобного интервью.

В книге показаны страшные вещи, убийства родителей на глазах детей. Убийства детей. Насилие и голод, много много голода. Видно как у детей резко пропало детство, хотя не у всех оно было и в начале войны. Часто хочется пожалеть ту маленькую девочку или того маленького мальчика которому пришлось это пережить, даже понимая, что эти люди уже прожили жизнь, уже глубокие старики или, скорее всего, их уже нет в этом мире. Так грустно от того, что вообще в этом мире такое может быть. Такая жестокость и столько боли.

Не хочется цеплять политику, сравнивать и всё такое. Просто скажу, что на протяжении всей книги я думала о том, как спустя десятки лет о войне скажут мои дети, которым пришлось тоже быть свидетелями войны, не смотря на то, что они с первых дней в эвакуации.

Насколько я расплывался в дифирамбах, внутри строчек рецензии, написанной к первой прочитанной книге, ровным счётом настолько я оказался сдержанным при прочтении второй части цикла.

Аннотация. В «Последних свидетелях» — воспоминания о Великой Отечественной детей, самых беспристрастных и самых несчастных ее свидетелей. Война, увиденная детскими глазами, оказалась еще страшнее, чем запечатленная женским взглядом в книге «У войны не женское лицо». «Последние свидетели» — это подвиг детской памяти.

Да... Безусловно истории внутри неё по-прежнему трогают и запоминаются, расшатывая психику, словно первые, неровные зубы, которые не терпится вырвать и дать почву для нового опыта, одновременно, лишь изредка вспоминая то время, когда их не существовало в природе.

Светлана Алексиевич является автором документальной прозы, которая способна взрывать стенки сердца, перечислениями человеческой боли и списка лишений, вызванных военными действиями. В чём конкретно её заслуга при написании книг, которые сделали её лауреатом престижной премии в области литературы? Прочитав её вторую работу из цикла, я бы не назвал её баснословно-великой и достойной самых громких аплодисментов, с громкими криками: "Браво!" за каждую из доли секунд проведённых на сцене. Всё кажется неимоверно простым и может быть в этом и кроется тот самый сокровенный смысл и список всех почестей? Она первая додумалась задать важный вопрос и записать его в свой блокнот со слов очевидца. Получается, что для получения премии, нужна всего лишь возможность разговорить собеседника, записать суть разговора и отредактировав речь, добавить немного собственных мыслей и выводов? Да. Этого может хватить, при условии, что премия носит, скорее политический характер и должна была позлить человека, что не держится за своё кресло при помощи пальцев, которыми можно душить, на протяжении, приблизительно тридцати прожитых лет.

Что касается достоверности данных, искажённых фамилиях и прочих фактах... Многие другие авторы рецензий пишут о вранье, судах и прочих непотребных вещах... Не слушайте их! Просто прочтите то, что она написала и сделайте собственный вывод. Даже смотря на всё под призмой литературы в которой нет достоверности. Скажите, а где она есть? В том, что в колбасе должно быть мясо, небо непременно должно быть голубым, а речи правителей  не должны быть скользкими, как дорога в первые дни снегопадов? Может здесь и присутствует доля вымысла, попытка вызвать больше эмоций, но эти все вещи не перечёркивают суть самой книги.

Я не забираю чужие заслуги и не ставлю под сомнение талант и идею записывать. Автор поднимает множество тем и в других своих книгах, которые я собираюсь прочесть, но прочитывая каждую строчку я думал, а где здесь автор? Человек-ухо, которое слышит и возможно видоизменяет чужую боль? Хотя, так делает практически каждый писатель, подсматривая идеи из жизни или берёт характеры для героев из списка старых друзей.

Конкретно в этой книге мне не хватило разнообразия с предыдущей частью во всём списке историй. Просто луч прожектора сменился новыми лицами и оставаясь прежним интервьюером, автор жаждет самых ярких эмоций, которые можно будет пересказать внутри написанной книги. Мне, как читателю, это было не так интересно и совершенно не ново. Не было потрясений от формы повествования, не было новых эмоций... Только чужая впитанная боль и взгляд в окно, сопровождаемый жадными затяжками терпкого табака и тяжёлыми вздохами. Автор не удивил. Не открыл мне новые грани войны и повод задуматься, как было в первой книге этого важного цикла. В том случае, если вы не читали первую часть... Настоятельно рекомендую вернуться в начало рецензии и забрать её в список желаемого, нажав на слово, что светится синим. В том случае, если остановились на ней, то попробуйте прочитать эту книгу и найти себе поводы думать. Может быть я просто в тот день был слишком циничным? Но я обязательно прочту остальные и буду советовать только лучшие части... Хотя, мне кажется, что откровенно слабых у автора не существует.

Эту книгу я рекомендую всем тем, кто до сих пор видит в любой войне что-то приличное. Взлёт экономики, жажда территорий или денег. Вас это не коснётся... Забудьте! Это не ваши желания, потому что вам их кто-то внушил. Смерть близких, потерянное детство детей или громкий плач с закрытым ртом, чтобы не выдать себя остальным... Это наша реальность, которая касается каждого. Реальность в которой не хочется жить, потому что никто её недостоин.

Спасибо всем, кто сохранил мирное небо над головой и не дал шанса жить под диктовку, отдав свою жизнь. И ничего не нужно повторять кроме фразы...

"Читайте хорошие книги!" (с)

Не хочу... Я не хочу даже повторять это слово "война"...

Ничего страшнее, чем книги Светланы Алексиевич, я в жизни не читала. Дело, видимо, в том, что когда читаешь художественную литературу, то всё-таки есть некое спокойствие: это же всё-таки неправда, всё равно переживаешь, плачешь даже, но знаешь - мир вымышленный. А здесь всё по-настоящему.

Жанр своих произведений белорусская писательница обозначила так: голоса. Сама она в повествование практически не вмешивается: эпиграф, вступление

Когда-то великий Достоевский поставил вопрос: а найдется ли оправдание миру, нашему счастью и даже вечной гармонии, если во имя этого, для прочности фундамента, будет пролита хотя бы одна слезинка невинного ребенка? И сам ответил - слезинка эта не оправдает ни один прогресс, ни одну революцию. Ни одну войну. Она всегда перевесит.
Всего одна слезинка...

А дальше говорят только они, тем кому во время Великой Отечественной войны было 4, 5, 10, 12 лет. Они свидетели этой жестокой эпохи, которая отняла у них самую лучшую пору - детство, которая искалечила их души, сделала сиротами. Очень страшно, когда такое происходит с детьми:

Мы ели... воду... Придет время обеда, мама ставит на стол кастрюлю горячей воды. И мы ее разливаем по мискам. Вечер. Ужин. На столе кастрюля горячей воды. Белой горячей воды, зимой и закрасить ее нечем. Даже травы нет.
От голода брат съел угол печки. Грыз, грыз каждый день, когда заметили, в печке была ямка.

Старик, который лежит рядом в камере, будит меня:

• Не кричи, сынок.
• А что я кричу?
• Ты просишь, чтобы я тебя пристрелил...

я никогда не могу быть до конца счастливой. Совсем счастливой. Не получается у меня счастье. Боюсь счастья. Мне всегда кажется, что оно вот-вот кончится. Во мне всегда живет это "вот-вот". Детский страх...

Читать эту книгу без слёз невозможно. Как могли люди допустить ТАКОЕ? Ведь это же были ДЕТИ!

Я думаю, что книгу Светланы Алексиевич в обязательном порядке должны прочитать все главы государств, чтобы понять, что, развязывая войны, они совершают преступление против БУДУЩЕГО, против БЕЗЗАЩИТНОГО, такое не прощается НИКОМУ и НИКОГДА.

Я не знаю, как писать о таких книгах. И даже не знаю, что с ними делать: советовать их к прочтению? или склоняться к тому, что это - личное дело каждого, и каждому такая книга должна попасть в руки естественным путем в нужное время?...

Меня это произведение буквально преследует.

Сначала я прочитала. Давно еще. Безусловно, рыдая, ужасаясь, моля Бога о том, чтоб это больше никогда не повторилось на нашей планете (наивная, я считала, что этого нет в сегодняшний день)...
Война глазами детей, война в жизни детей - одна из страшнейших тем. Но, видимо, не для всех она так страшна, раз продолжаются войны и теракты, направленные в том числе и на невинных детей...

Позже я посмотрела прекрасную постановку нашего колледжа культуры и искусств: ребята выложились на полную катушку. Без криков, без надрыва, без перебора - как раз так, чтобы ты задохнулся в слезах.

А еще позже, будучи организатором и членом жюри студенческого театрального фестиваля, насмотрелась постановок вот с этим вот надрывом, стонами, криками. Вызывало ужасное раздражение. О войне, о боли надо говорить тихо. Ведь слова из этой книги уже сами по себе рвут душу на части...

Это именно тот тип книг, о которых невозможно сказать плохо. У меня были доселе знакомства с военной литературой и почти все они не сложились в той степени, в которой мне того хотелось. Ибо было в них очень много литературности и, как по мне, весьма не самой качественной. Здесь же представлены короткие истории реальных людей. Я не обратила внимания какой речью было всё сказано ибо в каждом маленьком рассказе было оговорено столько всего...такая буря чувств, эмоций и прочего. Словно ураган поместили в маленькую жемчужину. Именно так можно назвать каждое воспоминание всех этих людей. Не для них самих (кому приятно такое пережить и помнить?), а для их потомков, нас.
Я считаю, что эту книгу было бы просто расчудесно включить в список школьной литературы. Хотя бы как дополнительную.
Ознакомиться с данным произведением крайне полезно для каждого из нас, в особенности молодых людей, у которых живы родители.
Вот прочтёшь пару рассказов и сразу надоевшая колбаса с хлебом как-то повкуснее кажется и даже суп новые грани вкуса и аромата приобретает. Звонишь маме и спрашиваешь о её самочувствии и сестрёнки тоже; чистое ли у них небо. А там самолёты... Людей везут в теплые страны на отдых. Вздыхаешь и кладешь трубку, поворачиваешь голову на смех. Муж. Как приятно его обнять просто потому что любишь, а не оттого, что возможно больше не сможешь обнять его потом. Поцелуешь его сегодня, завтра и так каждый день хоть целых 50 лет. Как и маму. И никто их у тебя не заберёт. И не завоют самолёты в небесах, не залают перепуганные собаки, не засмеются демоны из преисподней; сядешь ты себе спокойно с бутербродом своим несчастным и будешь глядеть на траву зелёную как на приятное появление весны, а не долгожданной еды.
Так и каждый момент хочется ценить больше, прочувствовать всё, что получаешь и можешь получать.
Просто радуйтесь и всё.
Психологи говорят не убиваться из-за какой-то проблемы ведь где-то дети голодают вообще или же кто-то инвалид. Я всегда раздражалась из-за этого ведь моя боль не становится от этого меньше, но в то же время я радуюсь, что у меня все конечности на месте, они рабочие, я могу ходить, прыгать, нагибаться, лазать; дома у меня борщ и колбаса с хлебом; мама живёт с сестрой в деревне и отлично себя чувствует: тоже сыта и довольна; дома муж и все живы. Я ценю всё это и я рада, что живу сейчас. Несложно понять детей войны, но воистину всего того, что они имели нам никогда не вразуметь. И слава богу.
Я бы ещё чего-нибудь такого обязательно оценила. Безоговорочно ознакомлюсь с другими произведениями автора.
Яро советую к прочтению. Ничего не теряешь и не получаешь, ведь всё итак есть, ты просто это начинаешь отлично замечать. Да и объём небольшой. В общем, ВООБЩЕ не вижу повода проходить мимо!

Читать о войне всегда тяжело. И не особо важно, о какой именно войне идет речь: Первой или Второй мировой, Великой или просто Отечественной, о современных конфликтах и конфликтах совсем далеких времен - это всегда больно. Это всегда истории об убитых, растерзанных на куски солдатах, об инвалидах войны, страдающих всю оставшуюся жизнь от болей или кошмаров, об изнасилованных и забитых женщинах, о голодных, потерянных, мертвых детях, которых те самые женщины отчаянно пытались спасти, передать хоть кому-то, кто мог бы увезти подальше от войны, накормить и обогреть. Это истории о малолетних солдатах, которые с 8-10 лет начинают то здесь, то там убивать, выходить на задания, умирать. Это истории о конфликте Человека и Нечеловека не только в контексте противоборствующих армий, но и внутренней борьбы внутри одной души.

Самое страшное - не оторванные конечности, выбитые глаза и вывернутые кишки. Не многомиллионный, бесконечный список имен погибших. Самое страшное, что никого этот страшный опыт ничему не научил на самом деле. Никакой войны не достаточно, чтобы сильные мира сего, власть предержащие, угомонили свои амбиции и перестали мериться боеголовками. Каждый год, каждый месяц, каждую неделю и каждый день где-то на планете бушует война. Об этом не принято трубить в новостях, так, отстраненные упоминания, пропитанные пропагандой сюжеты, транслирующие не ужас и хаос, а политические идеи, выгодные конкретным лицам. Никто не учится на ошибках прошлого. Тот же День Победы - день восхваления милитаризма, день, который должен быть самым большим трауром, превращается в профанацию, громкие лозунги, военные парады, милитаристские настроение, "Да мы им всем покажем, пусть только сунутся!" Нас агитируют радоваться боевым подвигам и заслугам почти "закончившихся" ветеранов. Нас агитируют повторять "Ура!" А должны бы агитировать всеми силами противостоять любым конфликтным настроениям. А должны бы агитировать проявлять сплоченность, бунтовать против игр в войнушку больших и серьезных дядек, которые, словно маленькие избалованные дети никак не могу поделить песок в песочнице. Мы должны скорбеть. Должны плакать и страдать. А шествия должны быть не под бравую музыку с шариками и флагами, а траурными, со свечами и в полном молчании.

Нельзя бросаться лозунгами по типу: "Мы должны помнить о войне, чтобы не допустить ее вновь" и на их фоне отмечать большой веселый праздник. С улыбкой на лице не думаешь о том, что такое война на самом деле. Не вспоминаешь этих голодных сирот, прятавшихся по подвалам от лютых чудовищ с человеческими лицами. Когда все танцуют, поют и веселятся на параде современного вооружения, разве видят они все эти боевые машины как орудия убийства? Разве представляют, сколько мирных (да пусть и не очень) жизней уносит один только выстрел, один только залп? Нет. Все это воспринимается нереальным, далеким и нестрашным. В относительно мирное время войны никто не боится. А надо бы.

Я не знаю, как можно спокойно читать такие книги. У меня горло перехватывало, холодели руки и слезы текли градом.
Я не знаю, как рассказывать о них. Это так страшно, что не хочется советовать их к прочтению и в то же время понимаешь: что советовать-то надо. Такие книги должны напоминать о чудовищном зле, должны кричать о боле, ужасе и смерти, должны дойти до каждого, чтобы ЭТО никогда не повторилось!
Боже, как правильно и хрестоматийно звучат эти слова...
Вот только сама книга неправильная, горькая, жестокая.
Рассказы маленьких детей о детстве, которого не было. Об их войне, о горе, о боли.
Невозможные истории...

Как именно писать рецензию на эту книгу? Она из таких, которые не знаешь, как описать.
Я думала, что страшнее "У войны не женское лицо" уже не может быть. Оказывается, может. Я думала: "Господи, какой ужас, это же женщины!" А здесь - "Боже мой, это ведь дети"... Совсем маленькие, да даже те, кто не маленькие - всё равно ДЕТИ! Как мы, люди, когда-то смогли допустить этот кошмар? Нет ничего страшнее и несправедливее детских слез, полных ужаса глаз, трепещущих сердечек.
Самое святое, что есть в жизни - дети, как же можно посягнуть на это святое? Как можно ударить ребёнка, облить его кипятком, вырвать из рук матери, выстрелить в него... КАК?! Будь они прокляты, фашисты, будь проклята война! Меня не покидает ощущение, что до прочтения этой книги я не знала, что такое ФАШИЗМ на самом деле...
Война - это не только стрельба и смерть на передовой, это не только политика и соревнование орудий. Это, прежде всего, детские слёзы. Прочтя эту книгу, остается только взмолиться: Господи, лишь бы только этого не повторилось. Я не хочу, чтобы ещё хоть у одного ребёнка на глазах убили мать. Я не хочу, чтобы били детей. Не хочу, чтобы дети голодали. Так не должно быть.

Фото: Борис Ярославцев

Знаменитый цикл "Голоса утопии", за который Светлана Алексиевич удостоилась Нобелевской премии в 2015 году, четко разделился для меня на до и после. "У войны не женское лицо", "Последние свидетели" и "Цинковые мальчики" - это всё до, "Чернобыльская молитва" и "Время секонд хэнд" - соответственно, после. При желании грань различить несложно. В "советских" книгах, опубликованных до 1991 года, звонким горном звучит насыщенное многоголосие, сливающееся в грустный, щемящий и до боли знакомый мотив, в то время как в "перестроечных" изданиях обещанный хор голосов, который так импонировал мне в начале, превращается в истеричное, спекулятивное соло автора.

К Светлане Алексиевич можно относиться по-всякому: ругать за антисоветчину и русофобию или же хвалить за сохранение уникальных свидетельств. Как бы там ни было, я высоко оцениваю ее первые работы, в том числе книгу "Последние свидетели" - о войне глазами детей. Это убийственно трудное чтение, от которого, тем не менее, совершенно нельзя оторваться. Тут есть линии, повторяющиеся из рассказа в рассказ: пепелища сожженных деревень и эвакуация; потеря родителей, братьев, сестер; бесконечный голод, застилающий собой все другие желания; страшные бомбежки, к которым в конце концов привыкаешь... В то же время почти в каждой истории есть что-то запоминающееся, свое.

Не обошлось (да ведь и не могло обойтись) в этой книге без ужасающих эпизодов, от которых кровь стынет в жилах и волосы на голове начинают медленно шевелиться, но на этот раз были вещи, поразившие меня больше, чем оторванные конечности и проломленные черепа. Вот эта детская непосредственность, наивность... Вот эти их убивающие своей простотой вопросы. Как высокие голубоглазые немцы, улыбающиеся, ласкающие котят, могут стрелять в женщин, детей? Как немецкие игрушки могут быть такими красивыми? Как маленькая пулька может убить человека, который в сто раз больше нее? И что будет делать в доме папа, когда вернется с войны? Ведь всю жизнь жили с мамой и бабушкой.

Есть еще одна вещь, не перестающая меня поражать: человеческая жестокость. Страшно представить, откуда берется в людях, пусть даже и на войне, желание не просто покончить с врагом, а унизить, сломать, растоптать, измучить беззащитного человека психологически и морально. Больше, чем убитые и раненые солдаты, меня пугают седые восьмилетние девочки и подорвавшиеся на мине мальчики; маленькие мстители, променявшие арифметику и конфеты на пригоршню патронов; дети, от шока потерявшие слух и голос; малыши, утратившие рассудок, истошно кричащие в темноте. Люди без детства, которые видели то, что нельзя видеть. Стреляли четыре года, а забывали потом - сколько?

М.

Моя рецензия на книгу У войны не женское лицо
Моя рецензия на книгу Война глазами детей